Книга Тени теней, страница 95 – Игорь Шанин

— Ой, смотри, это твоя Анжелика?

И правда — рыжие ухоженные волосы, непривычно цветущее лицо с красивым макияжем, уверенный взгляд профессионального журналиста. Анжелика вещает с экрана:

— Буквально несколько дней назад в лесу неподалеку от города было обнаружено загадочное захоронение. Эксперты извлекли человеческие останки и определили, что они принадлежат трем молодым девушкам. Мы провели собственное расследование, в ходе которого выяснилась судьба таинственных незнакомок: почти три сотни лет назад несчастных ошибочно обвинили в колдовстве и в результате самосуда подвергли смертной казни через сожжение.

— В городе убийства одно за другим, а они расследуют стародавние гонения ведьм, — хмыкает мама, пока Анжелика рассказывает подробности. — Совсем заняться нечем?

— Неужели так быстро все сделали? — спрашиваю недоверчиво. — Я думала, она минимум неделю на это потратит!

— Ты о чем вообще? — удивляется мама.

— …теперь похоронены на городском кладбище, — с жизнерадостной улыбкой продолжает Анжелика. — Каждый сочувствующий может навестить могилы и возложить цветы. Мы поговорили со специалистом, изучающим летописи тех времен, чтобы в общих чертах рассказать вам о быте и условиях…

Вскакиваю с дивана, не в силах оставаться на месте.

— Что с тобой творится? — Мама нервно дергает за пояс халата, затягивая его туже. — Ты с каждым днем все сильнее похожа на сумасшедшую!

— Мне тоже так кажется, — киваю, убегая в комнату. — Сбегаю по делам, это ненадолго!

— Ты же только что умирающую из себя корчила!

На улице дождь, но такой мелкий, что я даже не раскрываю захваченный с собой зонтик. Пока дохожу до музея, капюшон куртки едва успевает намокнуть. Кажется, будто на небе кончилась вода, и тучи вот-вот разойдутся. Хороший знак.

Зайдя внутрь, невольно замираю, осматривая заплесневелые стены. Сумрак плотный и душный как грязная вата. Большой паук неторопливо спускается на паутинке с потолка, будто вышел поздороваться. Надо было позвать кого-нибудь с собой, но я так торопилась, что совсем об этом не подумала. И что теперь, вызванивать Макса? Пока он доберется, я тут с ума сойду от нетерпения.

Попереминавшись с ноги на ногу, осторожно ступаю в тот зал, где спуск в подвал. Люк приглашающе распахнут, темнота внутри такая густая, что, кажется, можно зачерпнуть ладонью. Склоняюсь над провалом, вдыхая затхлый противный запах. Если подумать, не так уж хочется узнать, как там дела у полчищ крыс. С другой стороны, возвращаться назад, так ничего и не выяснив, не хочется гораздо сильнее.

Чем дольше буду думать, тем больше страху натерплюсь.

— Посмотрю быстренько и побегу назад, — шепчу сама себе, включая фонарик на телефоне.

Луч разгоняет мрак, скатываясь по ступеням большим ярким мячиком. Едва дышу, чтобы не пропустить любое малейшее движение в темноте. Если даже самая захудалая крыса появится в зоне обзора, я исчезну отсюда быстрее, чем в голову придет хоть одна разумная мысль.

В подвале ничего нового: хлам, пучки травы и знаки на стенах. Жизнь за этими стенами кипит, все меняется, но здесь всегда остается мрачная атмосфера темных ритуалов. Время будто заворожено, заморожено черной магией.

Чутко всматриваясь в темные углы, медленно подхожу к стене с дверью. Челюсть невольно отвисает, изо рта вырывается удивленный возглас: теперь это просто стена, безо всяких дверей. Свет ползает по ней, выхватывая символы и неровности кирпичной кладки. Я даже оборачиваюсь, чтобы убедиться, что выбрала правильное направление, когда спустилась. Так и есть, дверь должна быть прямо передо мной, но тут ничего, только стена, с маниакальной старательностью расписанная письменами.