Книга Идеальная дочь, страница 12 – Федерико Аксат

Алекс промолчал. Все самое важное они сказали друг другу без слов, одними глазами. Камиле хотелось спросить про Кэсси, девушку, с которой Алекс встречался уже несколько месяцев (предполагалось, что Камила почти ничего о ней не знает, но она тайком проводила тщательные расследования в интернете). Но здесь тоже работало правило «задавать как можно меньше вопросов», поэтому Камила закусила губу и сказала себе: в другой раз.

Они поговорили еще немного и попрощались. Всякий раз, закрывая ноутбук после разговора с Алексом, Камила ощущала безысходную пустоту. В эти секунды ей казалось, что у нее больше нет сына.

Спустя полчаса она вернулась на террасу с чашкой горячего кофе и папкой Тима Доэрти. Бобби посмотрел на хозяйку с ужасом и на сей раз за ней не пошел.

Камила позвонила Тиму на следующее утро, в девять часов.

— Тим, это Камила Джонс.

Пауза.

— Миссис Джонс! Рад вас слышать.

— Я прочла бо́льшую часть вашего расследования, – без предисловий начала она. – Вы проделали отличную работу. Возможно, я поторопилась с ответом.

Из трубки доносился шум улицы, потом послышался стук закрывающейся двери.

— Я не вовремя? – спросила Камила.

— Нет-нет, я как раз вхожу в редакцию. Просто очень неожиданно.

— Понимаю. Вчера я уверяла, что не собираюсь участвовать в расследовании, а сегодня звоню, чтобы объявить прямо противоположное. Поверьте, такое со мной нечасто случается.

— Я безумно рад, что вы решили подключиться к расследованию.

Прежде чем Тим успел добавить что-то еще, Камила заговорила сама:

— Тим, мой метод работы не обсуждается. Да, я включусь в дело, но сначала мне надо как следует во все погрузиться. Я поговорю со своим продюсером и скажу, что хочу расследовать исчезновение Софии. Он будет в восторге, но обещать я пока ничего не могу. Тем временем мы с вами начнем работать вместе, а значит, все, о чем вы захотите написать в своей газете, сначала надо будет согласовать со мной. Я буду прислушиваться к вашему мнению, так как вы хорошо знакомы с делом и понимаете специфику «Хоукмуна», но последнее слово всегда остается за мной. Есть возражения?

Ответа не последовало. На другом конце линии открылась и закрылась дверь, послышался звон упавших ключей. Камила представила, как Тим за ними наклоняется.

— Я надеялся, мы сможем действовать скорее как… команда, – наконец произнес он.

— Так и будет, но если возникнут разногласия – а это, поверьте мне, обязательно произойдет, – окончательное решение за мной.

Даже через телефон Камила ощущала растерянность молодого журналиста.

— Послушайте, Тим, вы не должны давать ответ прямо сейчас. Обдумайте все спокойно.

— Дело не в этом. Вы думаете, ваш продюсер заинтересуется?

Камила не сомневалась. Ричард сам не раз просил ее взяться за какое-нибудь дело.

— Но сейчас я хочу понимать, сможем ли мы выйти с этой историей на национальный уровень, если понадобится.

— Да-да, конечно.

— Тогда давайте встретимся завтра и обсудим план действий.

Тим молчал.

— Вы тут?

— Да. Мне очень жаль, но завтра не самый подходящий день. – Его голос утратил прежний энтузиазм. – Может быть, послезавтра? Пообедаем в «Моллис».

— Я бы предпочла место потише, – сказала Камила. – Можно мне прийти к вам в редакцию?

— Разумеется.

— Отлично. Тогда увидимся в десять.