Книга Идеальная дочь, страница 175 – Федерико Аксат

Дженис, как всегда, была крепким орешком – некоторые вещи не меняются никогда. Но даже она ненадолго сбросила панцирь и сердечно улыбнулась. Они с Софией обнялись и прошептали что-то друг другу на ухо.

Когда настала очередь Бишопа, остальные непроизвольно встали полукругом, словно чувствовали: сейчас особый момент. В каком-то смысле так и было, ведь именно Бишоп выстроил для всех них воображаемый мост между реальным миром и миром возможного. То спокойный и уверенный, то сам не свой, он неутомимо цеплялся за надежду: София вернется.

Кто-то однажды сказал, будто мы не хозяева своей судьбы, но хозяева своих желаний. София и Бишоп долго стояли обнявшись, пока он наконец не придумал подходящую шутку, чтобы покончить с сентиментальностями. Все рассмеялись, и обстановка немного разрядилась.

Ребята расселись по стульям.

— Есть лимонад и печенье. – Дженис указала на поднос на одном из усилителей.

Тим стал разливать лимонад и разносить стаканы. Все, кроме Дженис, взяли по одному.

Поначалу чувствовалась некоторая неловкость. Не потому, что ребята отдалились друг от друга – пусть они изменились внешне, но внутри остались прежними, – просто надо было столько всего обсудить, и никто не знал, с чего начать. Ребята не хотели мучить Софию расспросами, но им не терпелось узнать самое важное.

Наконец Бишоп озвучил вопрос, который никто не решался задать:

— То, что ты рассказывала про этого Карсона, – правда? Только честно.

— Нам ты можешь сказать все как есть, – добавила Никки.

— Это правда, – ответила София. – Он не причинил мне вреда и всегда прекрасно со мной обращался. Сначала было нелегко, но потом я привыкла. У меня был обычный распорядок, мои вещи.

— Твои вещи? – переспросила Дженис.

София вздохнула. Они с Камилой договорились, что она не будет рассказывать о жизни в подвале. Важно, чтобы история звучала правдоподобно и никто не задавал лишних вопросов. Но ведь ничего страшного не случится, если она расскажет кое-что.

— Ребят, я не все могу обсуждать, но Майк…

— Майк? – перебил Бишоп. – Ты так агента Карсона называла?

София кивнула.

— Он обо мне заботился. Несколько месяцев строил для меня точную копию моей настоящей комнаты. Там были все мои вещи. Все!

Ребята молчали.

— Знаю, звучит как фантастика, – признала София.

— Выходит, все это время ты жила… в своей комнате? – уточнил Тим.

София улыбнулась.

— В конце – да.

— И этот тип… Майк, – не унимался Бишоп, – ты говоришь, он тебе ничего не сделал? Знаешь, есть такой синдром…

— Послушайте, он правда ничего мне не сделал. Звучит, конечно, дико, но, похоже, не все мужчины – сволочи. Кто бы мог подумать, да?

Раздались нервные смешки. С тех пор как София нашлась, ее друзей не покидала мучительная мысль: не подвергалась ли она насилию все это время?

— София, мы не хотим тебя донимать, – продолжал Бишоп, – но не можем не спросить: что с твоими родителями?

— Фила арестовали. Для меня он умер. Мне очень больно, мысленно я до сих пор вижу его прежним. Но тот образ построен на лжи.

— Ты с ним говорила? – спросил Тим.

— Да. Я думала, это поможет, но ошиблась. Ну а мама…

— Твоя мама обязательно поправится, – тут же вставила Никки.

Остальные подхватили ее слова и принялись наперебой утешать Софию.

— Спасибо вам, друзья. Ну так что, будет уже сюрприз наконец-то?