Книга Идеальная дочь, страница 98 – Федерико Аксат

У Камилы екнуло сердце.

В день исчезновения

Они встретились в паре кварталов от торгового центра.

Тим и Бишоп приехали на велосипедах, и это спасло их от неловкости, которую они испытывали бы наедине после такого долгого перерыва. С их последней встречи прошло всего шестнадцать дней, но для когда-то неразлучных друзей это была целая вечность.

Девочки уже ждали их на условленном месте. София и Никки подвернули подолы платьев и вытянули ноги под палящим солнцем. Дженис, которая уже не помнила, когда в последний раз надевала платье, разместилась в спасительной тени дерева неподалеку. Все трое молчали.

Увидев девочек, Бишоп на секунду разрешил себе подумать: а вдруг все снова будет как раньше? Тим слез с велосипеда и восхищенно смотрел на ноги Софии. Он держался на полшага позади друга, надеясь, что тот заговорит первым.

— Ну что, лапочки, готовы встретиться с паранормальным? – торжествующе воскликнул Бишоп.

Никки подняла голову и попыталась открыть глаза, но из-за яркого солнца не смогла.

— Что, обязательно этот идиотский фильм? – спросила она, прикрывая лицо.

— Почти единогласно, – развел руками Бишоп.

Никки закатила глаза и толкнула локтем Софию.

— Поверить не могу, что ты проголосовала за этот отстой.

— Там всегда одно и то же, – успокоила ее София. – Что-то движется в темноте… Потом вдруг появляется силуэт… Все будет отлично.

Никки наставила на нее палец.

— Не вздумай отходить от меня ни на шаг, – угрожающе произнесла она.

О том, что София собирается уйти до начала фильма, знал только Бишоп.

Подошел Тим и поздоровался с девочками; голос у него становился все ниже. Никки смотрела на него так, словно видела впервые. Тим тренировался без продыху и порядком подкачался. Вчерашнего нескладного паренька было не узнать.

— Раз уж все здесь, – подала голос Дженис, – мне надо вам кое-что сказать.

Все обернулись к ней. Дженис по-прежнему сидела, прислонившись к стволу дерева.

Мальчики подошли к ней первыми. София встала, оправила голубое платье и присоединилась к ним; через пару секунд за ней последовала Никки, которой явно не хотелось покидать свое место под солнцем.

Все четверо сели полукругом напротив Дженис.

— Я в этом не сильна, так что пышной речи не ждите. Просто знайте: я очень вам благодарна. Бишоп прав: мы заслуживаем того, чтобы в последний раз потусить все вместе.

— А то! – отозвался Бишоп.

Дженис не улыбалась. До сих пор она говорила, не глядя друзьям в глаза, но сейчас в упор посмотрела на Никки.

— Прости, что так вела себя в последнее время, Никки. Наговорила тебе всяких глупостей.

— Ты меня тоже… – начала Никки.

Но Дженис жестом ее остановила.

— Не надо, правда. Я все это говорила, потому что злилась. Срывалась на вас, но на самом деле жутко злилась на себя. Теперь я это понимаю. Какой же я была дурой.

София и Никки на коленках подползли к Дженис. Все втроем молча обнялись. Бишоп и Тим переглянулись, не понимая, что им делать.

Когда девочки разжали объятия, не плакала только Дженис, но было ясно: она тоже растрогана.

Почувствовав, что у него защипало в глазах, Бишоп резко вскочил:

— Ну все, хватит нежностей! Умираю с голоду!

И пятерка направилась в «Саксон».

Было едва за полдень, и жара только усиливалась. Бишоп, который, как и Тим, катил велосипед рядом, незаметно оторвался от остальных и дал Софии знак, чтобы она тоже отстала. Та послушалась, и они быстро обменялись несколькими фразами.