Онлайн книга «Катакомбы Парижа»
|
Глава 40 — Даниэль? — хрипло прошептал я. — Даниэль? Это я, Уилл. Снова душераздирающий всхлип, затем еще один. Словно бы их выдавливала у нее из груди безжалостная рука. — Даниэль? Ты цела? — Я двинулся в ее сторону, но через несколько шагов цепь снова натянулась. Я сдавленно охнул. Голова опять взорвалась вспышкой боли. — Даниэль? — Да. Ее надтреснутый голос едва различался. — Подойди ко мне. Молчание. — Даниэль? — Не могу. — Ты не можешь двигаться? — Не могу. Сердце мое отчаянно забилось. Что с ней? Насколько сильно она пострадала? — У тебя идет кровь? — Нет. — Что они с тобой сделали? Молчание. Мне так хотелось прикоснуться к ней, обнять. Помочь ей. Я бессильно дернулся в своих оковах. — Мы должны выбраться отсюда, — проговорил я. Молчание. — И мы выберемся отсюда. Сколько, интересно, мы здесь пробыли, озадачился вдруг я. Несколько часов? Или дней? Голода я не ощущал, однако жажда давала о себе знать. Черт, и зачем я только подумал об этом! Язык внезапно распух чуть ли не вдвое. Я пошевелил им во рту — ощущалась лишь вязкая сухость. — Уилл? — Да? — Так… страшно… — Мы спасемся! — Что… Что они с нами сделают? — Не думай об этом! — Я думаю… — Все будет в порядке, мы выберемся! — Я думаю… они нас съедят. Я уставился в черноту, скованный ледяным ужасом. Настал мой черед умолкнуть. * * * Отследив пристегнутую к кандалам цепь, я выяснил, что она прикреплена к металлическому кольцу, вмурованному в стену в самом углу пещеры. Естественно, я попытался выковырять кольцо из камня, однако лишь ободрал ногти в кровь и быстро сдался. Затем, насколько позволяла цепь, я принялся обследовать пол вокруг, пытаясь нащупать ногой камень или что-нибудь, что можно было бы использовать в качестве молотка. Увы, меня окружала лишь плотно утрамбованная почва. В конце концов я устало плюхнулся на задницу, пытаясь не обращать внимания на облепившие ноги мокрые джинсы, из-за чего кожа жутко зудела. Если удастся каким-то образом застать одного из тюремщиков врасплох, размышлял я, возможно, мне повезет обнаружить при нем и какое-то средство для освобождения. Вот только как мне это провернуть? Прикинуться мертвым при его появлении? Врезать ему ногой по физиономии, когда он наклонится осмотреть меня? Удастся ли мне осуществить подобный замысел четко, не подняв тревоги? Как ни хотелось мне убедить себя, будто все это огромная ошибка и скоро нас освободят, я все же отдавал себе отчет в тщетности подобной надежды. Судя по металлическому кольцу в стене, цепи и кандалам, наши тюремщики уже проделывали подобное и ранее. Они действовали с умыслом. Так что же у них на уме? Хотят использовать в качестве рабов? Воплотить свои больные изуверские фантазии? Или же, как предположила Даниэль, просто сожрать нахрен? Я решительно встал на ноги и сделал несколько глубоких вдохов. Сдаваться я не собирался. И не собирался поддаваться отчаянию. Машинально я принялся расхаживать взад и вперед. Меня подмывало перенаправить свое отчаяние и страх на Даниэль и Паскаля. Обвинить во всем их. Только это было бы несправедливо. Ведь они понятия не имели, что нас здесь ожидает. Нет, единственный, кого надо винить — это я сам. По своей воле я принял приглашение Даниэль отправиться на поиски пропавшей женщины — никто не приставлял пистолет к моей голове. И вот теперь мне предстоит расплачиваться за собственную глупость. |