Книга Лес Самоубийц, страница 61 – Джереми Бейтс

Я моргнул.

— Я встречалась с немцем, итальянцем и… хм, с греком. Американца не было.

Я начал хихикать. Очень тихо — я не хотел, чтобы нас услышали в лагере.

— Что смешного?

— Не знаю.

— Ты под кайфом уже!

— Наверное.

— И что насчет тебя?

— Что насчет меня?

— Ты встречался с американкой?

— Я встречался с американкой. Мел — американка.

— О, понятно! А с кем еще? Из какой еще страны?

— Ни из какой.

На этот раз захохотала Нина.

— Что? — обиделся я.

— Ты всемирный девственник, Итан.

— Всемирный девственник, значит?

Она кивнула.

Ну что ж, так тому и быть.

— Да, — поинтересовался я, — ты говорила, у тебя в жизни был плохой опыт каучсерфинга. Что случилось? В смысле, если это слишком личное, то я не настаиваю, просто интересно.

— Нет, я тебе расскажу. Это уже в прошлом.

Она замолчала, как будто выстраивая в голове историю или, по крайней мере, пытаясь понять, как ее начать. Потом заговорила:

— Я была в Пакистане, собиралась в Индию. Нашелся каучсерфер в Нью-Дели. Я думала, что эта женщина живет одна, но выяснилось, что с ней муж и четверо детей. Квартира совсем маленькая, но они оказались чудесными людьми. Они кормили меня каждый день.

— Карри? — перебил я Нину. Мысли о говядине-виндалу и баттер-чикен затмили мое сознание. Я понял, насколько голоден. Было бы чудесно, если б перед нами сейчас стояла коробка с итальянской пиццей.

— О да! Я ела очень много. Все вегетарианское. Очень здоровая пища. Я планировала провести в Дели пару дней, хотела попасть в Агру, потом в Джайпур, если хватит времени. Но я так классно проводила время у них, что сдалась и решила остаться.

— Ты не была в Тадж-Махале?

Она покачала головой.

— А ты знаешь, что предполагалось построить такой же мавзолей, но из черного мрамора?

— И почему не построили?

— Наверное, шах передумал.

— А я думаю, что это обычная байка.

— Это не байка!

— У тебя еще припасены истории для любознательных?

— Ты мне грубишь?

— А тебе нравится меня перебивать?

— Продолжай.

— Итак… — Нина сделала сильное ударение на этом слове, изображая раздражение (по крайней мере, мне показалось, что оно слегка наигранное). — Итак, следующим моим пунктом в путешествии был Китай. За день до отлета на ужин пришел брат хозяйки. Он напился и остался на ночь.

— Индусы пьют алкоголь?

— Конечно, Итан! Индуизм ничего не запрещает. Ты не портишь себе карму, если пьешь в меру. Ты перепутал с исламом.

— Слушай, я знаю разницу между исламом и индуизмом.

— Уверен?

— Конечно.

— Потому что мусульмане долгое время правили Индией. Наверное, поэтому ты перепутал.

— Я не перепутал. Я просто думал… — Я помотал головой. — Ладно, проехали.

Я был под кайфом, поэтому не мог понять, серьезно она говорит или нет, но все-таки было похоже, что Нина меня подкалывает.

— Так ты попала в Китай? — спросил я, чтобы продолжить тему.

— Ты меня постоянно сбиваешь.

— Извини.

— Ты сказал, что больше не будешь.

— Не буду.

— Надеюсь, что не будешь. — Она скрестила ноги перед собой. — Что? Что случилось?

— А?

— Ты пялишься на мои ноги.

— А… — Я почувствовал, как кровь приливает к щекам. — Ты до сих пор в шортах. Я… я подумал, не мерзнут ли у тебя ноги.

— Ноги в порядке, Итан.

Я глубоко вдохнул и спросил, пытаясь держать себя в рамках:

— Так что случилось с той семьей?