Книга Лондон – лучший город Америки, страница 47 – Лора Дейв

— Угощайтесь, – пригласила она.

Я взяла влажную салфетку, она была перевязана голубым бантиком Тиффани.

— Невероятно, – пробормотала я и повязала бантик на запястье. Бесс, мама Мерил, подмигнула и сделала то же самое. Мы просидели с ней вдвоем большую часть вечера: Майкл сдружился с барменом, мои родители и Мерил ухаживали за гостями, Джош то и дело исчезал под предлогом помощи организаторам. Мойниганы-Ричардсы так и не объявились.

— Мы с тобой задаем модную тенденцию вечера, – прокомментировала Бесс свой бантик.

— Ага, – согласилась я.

Одни говорили, что профессора М-Р где-то здесь, скрываются за дальним столиком, другие – что миссис М-Р плохо себя чувствует, и они вернулись в подвал. Впрочем, Бесс их отсутствие не беспокоило.

— Ну как, радуешься завтрашнему дню? – поинтересовалась она в третий раз.

Мы уже давно начали тяготиться компанией друг друга, и легче не становилось. Вечер тянулся бесконечно, я все думала о том, что произошло сегодня. Вот я сижу на диване рядом с Элизабет, вот – разговариваю в своей комнате с Мерил. И все за один день. Неужели эти две женщины существуют в одной реальности? Может, поэтому Джошу и удавалось встречаться с обеими… От такой догадки мне стало только хуже.

— Ты слышала, завтра будет ужасно жарко? Еще хуже, чем сегодня, – поддержала беседу Бесс. – 40 градусов! Слава богу, я успела перенести церемонию в банкетный зал. Кто захочет торчать в парке на такой жаре?

— Никто, – угадала я.

— Да, никто, – подтвердила Бесс, поправляя бантик. – Так чего именно ты ждешь от завтрашнего дня?

Я встала.

— Бесс, я отойду на минутку? Хочется мороженого. А вам принести?

— Дорогая, сахар – белая смерть, но ты, конечно, сходи, не отказывай себе в удовольствии.

Я отправилась за белой смертью, разрабатывая новый план на вечер: во-первых, взять себе два шарика ванильного мороженого, один шоколадного и два домашних печенья, во-вторых, найти место в уголке и просмаковать мороженое как можно дольше, в-третьих, улучить момент и улизнуть к себе, в-четвертых, спать-спать-спать.

Мой детальный план тут же провалился: у столика с мороженым стоял Джастин Сильверман. Будущий юрист, недавний выпускник Северо-Западного университета. Мой бойфренд из восьмого класса, ныне кандидат в мужья.

Я не знала, что делать. Мне сейчас было не до разговоров. Тем более с ним. Особенно с ним. И даже еще в меньшей степени с мамой, которая делала вид, будто ничего не замечает. Я резко пошла в противоположную сторону и уткнулась лицом в грудь Бэррингера.

— Эй, ты чего бодаешься? – спросил он, подхватив меня под руку, чтобы не упала. – От кого бежишь?

Я задрала голову и уставилась в его подбородок, в таком ракурсе я его еще не видела. На Бэррингере были джинсы, темная спортивная куртка и, как у всех гостей мужского пола, голубой галстук.

В правой руке он держал большой пластиковый стакан.

— Классно выглядишь, – пробормотала я.

— Классно выглядишь, – улыбнулся он, глядя на мое красное платье, открывавшее спину и плечи; мне его купила мама на распродаже, но даже так оно стоило явно больше, чем моя зарплата в магазине.

— Хочешь хлопьев? – спросил Бэррингер, кивнув на свой стакан.

— Чувак, если моя мама узнает, что там, с ней случится нервный приступ.

— Ты сказала «чувак»?