Книга Лондон – лучший город Америки, страница 53 – Лора Дейв

— А я снова играю в хоккей, – сказал Мэтт. – В Катоне. У нас крытое поле, играем по субботам в девять утра. Вратарем у нас женщина. Зовут ее Бетти Лу, ей семьдесят три.

— И как она?

— Да она любому надерет задницу.

— Ты сочиняешь, – покачала я головой.

— Клянусь честью бойскаута, – торжественно заявил он.

— А почему ты приехал домой на эти выходные? На день рождения Бетти Лу?

— Точно. А еще нужно было помочь родителям с переездом. Теперь они будут жить в Мэне постоянно. Им там больше нравится. Вот… Я помог покрасить дом, упаковал свои вещи; то, что останется и мой «додж» они продадут.

Я изумленно смотрела на него. Мэтт закурил и предложил мне. Я отказалась, и он кивнул. Он курил как-то нервно, выпуская дым углом рта, он всегда так делал, когда собирался сказать что-то неприятное. Странно, что я все равно удивилась, когда он произнес:

— Я тоже уезжаю. Есть одно предложение… В Париже.

— В Париже, который во Франции?

— Да, который во Франции.

Я отвернулась. В темноте внизу слышался шум воды. Невероятно. Любой другой город – и я бы не почувствовала всего того, что всколыхнулось во мне теперь. Сразу вспомнилось, как мы гуляли тогда по Парижу. И как не поехали во второй раз. Я закашлялась. Мэтт ненавидел Париж. Ему там, как минимум, не нравилось. Уж в этом я была уверена, поэтому так легко догадалась об остальном. Переезд в Париж произошел не по инициативе Мэтта, кто-то решил за него.

— И зачем она едет в Париж? Твоя девушка?

— Моя девушка?

Интересно, кто советовал не задавать вопросы, на которые не хочешь узнать ответы? Тоже Джош? Опять я его не послушала.

— Да.

Мэтт улыбнулся.

— Моя бывшая девушка, Лили. Ее только что перевели в парижский офис их компании. Она работает налоговым консультантом.

Мэтт не стал договаривать, и я додумала остальное сама: он устроится в маленькую архитектурную фирму, работа будет классная и ненапряжная, он давно заслужил такую. Он полюбит город и когда-нибудь признается, что сначала не понимал прелести Парижа, но теперь обожает сидеть в уличных кафе и не пропускает ни одной выставки. А однажды, бродя по незнакомым переулкам у Елисейских полей, он наткнулся во дворах на капеллу. Это было такое чудо, и главное, там как раз в полночь по вторникам играли симфонии, и на передних рядах всегда оставались свободные места.

Мэтт затоптал окурок и кашлянул. Я не сводила глаз с окурка. Мэтт буквально втоптал его в грязь.

— Но я еду туда не из-за нее, а из-за сына, – продолжил Мэтт, и мне показалось, что я ослышалась.

— Что?

Он кивнул.

— Даже не знаю, что сказать, – прошептала я. В полной прострации я прикинула, сколько лет может быть их ребенку. Два, если Мэтт начал встречаться с Лили сразу после меня. У Мэтта сын, которому около двух лет! – А есть фотография?

Мэтт похлопал по футболке, карманам.

— Не с собой, – сказал он.

Я представила славного малыша: глаза и смуглая кожа – в Мэтта, нос, подбородок и длинные пальцы – в кого-то еще. Губы тоже.

— Его зовут Натаниэль.

— В честь твоего… дедушки?

— Нет, ее отца. Его тоже звали Натаниэль. Он умер незадолго до рождения Нэта, в прошлом году.

Я прижала руку к груди. Сердце так колотилось, что я боялась задохнуться. Мэтт стал отцом. За эти три года он стал отцом. Я представила, как он гуляет в парке с коляской, меняет памперсы, качает кроватку. Он нужен этому маленькому человечку, и я знала, что Мэтт делает для него все, что может.