Книга Я не мертва, страница 90 – Энн Фрейзер

— Твоя жена. Я знаю. Но мне казалось, что ты не хочешь о ней говорить.

Юрайя поднял ладони.

— Дело в том, что твоя история, пережитый тобой кошмар – это слишком серьезно. Мои проблемы в сравнении кажутся ничтожными. Я не могу говорить с тобой о том, что происходит в моей жизни. Просто не могу.

Что-то явно случилось уже после того, как он ушел из ее квартиры, но перед визитом к Тренту.

— Мне жаль, что ты так на это смотришь. Пожалуй, я тебя понимаю, хоть и не согласна.

— Вот и хорошо. – Облегчение. – Тогда давай сосредоточимся на нашем деле.

— Ладно.

Снова ложь. Джуди собиралась съездить к родителям Октавии Жермен при первой же возможности. Она нажала на кнопку вызова лифта, а потом сказала:

— Это книги.

— Что – это?

— Помнишь, я никак не могла определить запах? Так пахнут старые книги. Мне казалось, я чую химическую отдушку мыла или лосьона после бритья, но это бумага, кожа, клей, плесень и краска. Не знаю, почему так долго не могла догадаться. Твоя одежда, твой костюм пахнут старыми книгами.

На лице напарника, как в калейдоскопе, пробежала целая гамма чувств, от замешательства до раздражения. Он подытожил свои эмоции, ссутулив плечи и подняв лицо к потолку.

— Охренеть.

Лифт звякнул, и двери разошлись в стороны.

— Я читала о вас в газетах, – сказала Ава Жермен.

С того момента, когда Юрайя велел Джуди забыть о деле Октавии Жермен, прошло двадцать четыре часа.

— О том, что с вами произошло, – продолжила Ава. – Подумала, если вы остались в живых, если вам удалось сбежать, то и моя дочь, возможно, еще жива. Вдруг и ей удастся сбежать.

— Я понимаю, что вы давали показания много раз, – начала Джуди, открыв блокнот и щелкнув ручкой. – И я прочла расшифровку бесед, но мне хотелось бы услышать информацию непосредственно от вас.

Только утром у Фонтейн состоялся разговор с шефом Ортегой, и та предостерегла ее, что не следует заново раскапывать сданное в архив дело, тем более не об убийстве. Это не их работа.

— Девочки-подростки сбегают из дома каждый день, – заявила Ортега. – Если будем копать такие дела, не останется времени на расследование убийств. На это есть отдел розыска пропавших.

Через пять минут после разговора с начальницей Джуди нашла телефон Авы Жермен и сказала по-прежнему рассеянному Юрайе, что ей надо к стоматологу. И вот она в крошечном муниципальном доме в районе Фрогтаун Сент-Пола, в нескольких кварталах от надземки. Довольно-таки неспокойный район, но женщину, сидевшую на диване напротив Фонтейн, судя по всему, уже ничего не волновало, в том числе и преступность, – изможденная, с нездоровым цветом лица, в замызганных тренировочных штанах, с перетянутыми резинкой тусклыми светлыми волосами. Видимо, мать пропавшей сидела на таблетках, потому что иногда замолкала посередине фразы и словно отключалась.

Джуди подготовилась к беседе и знала, что раньше Ава Жермен была известным психологом с успешной практикой в Миннеаполисе, в богатом деловом районе на пересечении Пятидесятой и Франс-авеню. В интернете остались ее фото тех времен: ухоженная, уверенная в себе. От той женщины не осталось и следа.

Сама будучи жертвой преступления, которое сломало ей жизнь, Джуди отчасти понимала Аву. Отчасти, потому что невозможно понять, что творится в душе потерявшей ребенка матери, не испытав того же на себе. Отец Лолы Холт спрашивал, когда это закончится, словно сел не в тот поезд и хотел сойти. Ава Жермен жила в кошмаре, и конца ему не предвиделось. Неведение – это следующий круг ада.