Книга Гость, страница 44 – Лора Кейли

— Я имею в виду, здесь был салон Матильды Вонг, – сказал Ашер, не веря самому себе.

Он зашел следом за этим мужчиной, так чертовски похожим на Брика, и осмотрелся внутри. Даже стены покрашены в совершенно другой, уже светло-зеленый цвет. Да такой ремонт делать не меньше недели!

— Да-да, – закивал продавец, проходя к своей кассе, – но теперь здесь мы.

— И как давно?

— Сегодня, завтра, всегда! – повторил он, улыбаясь во все свои белые зубы. – Что-то будете брать?

— Нет, спасибо… – Ашер попятился к выходу.

— Лодки, снасти, крючки? Удочки, лески?

— Нет, я… – Ашер закрыл глаза и тут же открыл их снова.

Теперь лицо продавца не казалось ему таким уж похожим на лицо сержанта Брика, или все же… Был ли это он? В тени он был похож, а на свету будто менял обличье.

Ашера передернуло.

Он наткнулся спиной на дверь, на торчащую ручку и, опустив ее, вывалился за порог под тот же раздражающий звук китайского перезвона.

Это был точно он, тот самый полицейский, с этой его улыбкой, со взглядом, смотрящим непонятно куда! «Это был тот салон», – шептал себе Ашер, поднимаясь по лестнице, оступаясь через ступень. Той самой Матильды Вонг, тот самый, в котором он вдохнул благовония, от которых пришел в себя лишь на следующий день. Она ведь и правда была? Ему ведь не показалось? Он видел ее, как сейчас этого продавца…

Ашер поднялся наверх и вдохнул спертый воздух, расстегнул ворот рубашки, ему было нечем дышать.

В этом городе что-то не так. Он искал глазами прохожих, чтобы спросить хоть кого-то, видят ли они, что видит он: этот магазин и мужчину… Действительно ли он там был или все это лишь плод его больного воображения, одурманенного благовониями Матильды Вонг? Помнят ли они, что ровно день назад здесь был салон этой самой Матильды? Знают ли они, где она сейчас? И что, черт возьми, происходит в этом проклятом месте!

Но на всей длинной улице не было ни души. Он еще долго метался, искал хоть кого-то глазами, пока не увидел вывеску, сверкавшую вдалеке.

«Бар Красный Краб» – вывеска сияла неоновым светом, будто приглашая войти.

Ашер выдохнул и побрел к тому бару.

Немало он находил полезного в таких местах, немало информации было добыто из разговоров с подвыпившими людьми. Однажды он так раскрыл одно дело, не помешало и то, что главный свидетель был до неприличия пьян.

Два человека, оба в черном, с недовольным выражением на щербатых лицах, ходили меж незнакомых улиц.

— Сейчас проверим еще эти два дома, – сказал Харви, играя во рту зубочисткой, – и нужно уже выбирать.

Раф неторопливо плелся за ним, прислушиваясь к своему колену.

— Не болит, – вдруг сказал он.

— Что?

— Колено, говорю, не болит.

— Мы только полчаса здесь ходим, а ты опять ноешь.

— Не ною я ни черта! Я говорю, колено у меня не болит! Вот если б тебе его два года назад прострелили, а потом наложили пять швов…

— Ты сам его себе прострелил.

Раф замолчал:

— Неважно.

— Видать, тебя так отдубасили в той больнице, что оно перестало болеть. Короче, – Харви огляделся по сторонам, – в этом доме никто не живет, а в том никого нет, может, ушли на время.

Он взглянул то на одну, то на другую машину.

— Тот «мерс» лучше, – указал он на серый седан, – но у «Фиата» ключи в замке.

— Так и возьмем «Фиат»…

— Если будет погоня, этот малыш нас не спасет.