Книга Гость, страница 91 – Лора Кейли

— Ты так и будешь молчать? – доносится стальной голос. – Ты же знаешь, что не доживешь до утра?

Шаги становятся ближе, силуэт проступает из тени, будто демон из преисподней, замахивается… Удар!

В глазах его снова темнеет. Еще удар, что-то треснуло в ребрах.

— Если за ночь так ничего и не вспомнишь, мы тебя утром пристрелим!

Человек уходит во тьму. Он остается один, слышит звук закрывшейся металлической двери, пытается себя развязать, но ничего не выходит.

— А я говорю – идиоты! – Он опять слышит голос Эла, на часах перевалило за полдень, он проспал почти пять часов. – Перекрыли зачем-то дорогу, а нам ехать в объезд! Ты там как? Немного поспал?

Он опускает пассажирское зеркало, пытаясь себя разглядеть.

Лицо в царапинах, волосы в какой-то грязи. Его будто протащили лицом по асфальту. Может, и протащили. От этих ублюдков в ангаре можно было всего ожидать.

В глаза светит яркое солнце, снова клоня его в сон.

— Здесь есть мотель неподалеку, – слышит он Эла, – можем остановиться там.

Добрый старик хочет избавиться от него побыстрее, он оставит его в мотеле, а сам уберется подальше, ну и на том спасибо, он мог бы и вовсе ему не помогать…

В салоне – запах горячего чая, Эл достает старый термос, небольшой, с металлической кружкой на крышке, и наливает чай.

— Попей. А то, того глядишь, ноги протянешь. Ты сколько так без еды?

Он не знал, какой сейчас день, где он сам и в каком году, но по пересохшему горлу понял, что не пил больше суток.

— Спасибо, – только вымолвил парень и, прислонив кружку к губам, вдохнул запах густого напитка. Чай разливался по пищеводу, наполняя влагой, как жизнью, все его уставшее тело.

— И чего я сразу о том не подумал, – вздыхает старик, – надо было тебя накормить. Посмотри в бардачке, там должна быть пачка печенья.

Печенье хрустит нежным хрустом, сон почти что ушел, вдали одни лишь деревья и столбы вдоль трассы. Убаюкивающие столбы. Один за другим, один за другим…

Он опять закрывает глаза.

Теперь он уже не в ангаре, а за его стеной. Он успел сбежать, когда пришли эти двое. Развязал тугую веревку. Выстроил в высоту огромные бочки, что стояли вдоль дальней стены, а когда дверь открылась и эти люди вошли, свалил бочки на них. Ну и грохоту было.

Потом за ним, кажется, даже бежали, да, он помнит, как убегал, помнит выстрелы и запах асфальта, он затаился за какой-то машиной, потом залез в ее прицеп и так в нем и поехал. Пока тот не остановился посреди какой-то дороги. Водитель почему-то решил осмотреть свой груз, грузом было вино. Увидев спящего незнакомца, он принял его за пьянчугу, вышвырнул на дорогу, предварительно врезав под дых.

Тогда-то он и скатился в овраг, пролежав в траве без сознания. Сколько он так пролежал? Наверное, целую ночь.

— Кажется, здесь. – Старый Эл потрепал его по плечу.

Запах печенья и сладкого чая, он все в том же грузовике, а перед ним за окном – потрепанный жизнью мотель.

Мистер Брик вышел из палаты. За ним последовал доктор.

— Как она? – спросил его Брик.

— Все в порядке, состояние стабилизируется, постепенно приходит в норму.

— Это очень хорошо. Мне нужно знать, что с ее памятью.

— Не могу вам сейчас ничего сказать, – доктор смотрел в бумаги, – слишком мало времени прошло.

— Я понимаю, – согласился Брик, – надеюсь, сорока дней ей хватит.