Книга Взаперти, страница 28 – Лора Кейли

— Куда же делась ваша врачебная тактичность?

— Туда же, куда и ваша надменность. Страх всех равняет, не так ли, Берроу?

— Так, – согласился я.

— Вам не кажется, что самое время узнать друг друга получше? – предложил он.

Я поднял на него глаза.

— Не знаю, где видел вас, – продолжал он так же спокойно, – но могу предположить, что в какой-нибудь программе новостей, как вора, – сказал он, осмотрев меня с головы до ног.

«Вот ты ж гад!» – подумал я.

— Нет-нет, не надо на меня так смотреть, – поспешил оправдаться Полянский, – я ничего против воров не имею. Против лжецов – да, против воров – нет. Эти ваши часики далеко не подделка, ведь так? И стоят они порядка двух миллионов, если не больше. Но смею вас разочаровать, даже там, куда вы направляетесь, загнать их по той же цене будет непросто. Они выпускались в ограниченном количестве, поэтому вычислить, кто именно является их владельцем, достаточно легко. Так что, если вы и продадите эти часы, так только по цене драгметалла, ну, и бриллианты, конечно же.

— Я смотрю, вы тот ещё доктор.

— Почему же, я врач. Раньше я спасал людей.

— А теперь?

— А теперь я спасаю себя, так же, как вы, Берроу.

— Значит, о себе вы ничего не расскажете?

— Но и вы о себе ничего не сказали, это я за вас всё сказал.

А ведь он был прав. Полянский говорил так уверенно, что я и не думал юлить.

— Не переживайте, – ухмыльнулся он, – в поезде, где орудует убийца, вор – не худший человек.

Полянский ещё раз осмотрел труп.

— Можете определить, какой калибр? – спросил он меня.

— Я? С чего это вы решили, что я могу?

— Ну мало ли, что вы умеете.

— Думаю, не больше, чем вы. – У меня уже свело челюсть от ненависти к этому докторишке.

— Ладно, не кипятитесь, Берроу, обстановочка не из приятных. Я напуган не меньше вас. А здесь, похоже, стреляли из кольта.

Он приоткрыл жилет пассажира, оголив голубую рубашку, окровавленную до брюк.

— Значит, у убийцы и нож, и пистолет?

— Полный арсенал…

Нас было семеро. До настоящего момента.

Потому что, когда мы все, наконец, собрались, не хватило уже одного.

— Ну и кого среди нас нет? – спросил Полянский.

— Вы хотите сказать, тот и убийца? – спросил кто-то из пассажиров.

— Я хочу сказать, что теперь нам стоит держаться вместе.

— Господина из второго купе, – сказала Хосефа.

Всё это время, пока остальные метались по коридору, пытаясь выломать двери, вспомнить молитвы и сорвать неработающий стоп-кран, Хосефа стояла возле окна, всматриваясь в густую метель. По виду ей было уже получше. Когда страх пожирает всех, а не только тебя одного, безысходность постепенно уходит. Мне казалось, она была даже рада тому, что теперь ни я, ни Полянский не считали её слова ложью. К ней и правда кто-то приходил, она и правда не резала себя сама, всё, что она говорила, было правдой, странной, но что ж с того?

— Вы его знали? Пассажира из второго купе? – спросил я Хосефу.

— Нет. Он только помог мне подняться. Здесь жутко неудобные ступени, – сказала она, чуть подёргивая правым плечом.

— Как он выглядел? – спросил Полянский.

— Невысокий, в коричневой шляпе…

— Он прикрывал ей лысину. Этот господин был от нас за стенкой, – сказал старик, подслушавший нас.

Он прижимал к себе маленькую девочку лет четырёх. Она уже почти не плакала, только всхлипывала иногда.