Онлайн книга «Убийство в книжном»
|
— Сначала я попросил бы вас рассказать, где вы были и что делали вчера. — Где я был и что делал? Э-э… Большую часть дня я вел прием в клинике, после обеда навестил пациента, а оттуда отправился в свой клуб, где и провел вечер. — И адрес этого пациента? – Инспектор занес карандаш над страницей. — Вы уверены, что это необходимо? – Каван повернулся спиной к Ханне, словно стараясь отгородиться от нее и поговорить с инспектором приватно, однако и не подумал понизить голос. – Моя профессиональная репутация в немалой степени зависит от чувства такта и способности хранить врачебную тайну. — Мы расследуем убийство, доктор Сомс, – заметил инспектор. Вздох, полный досады, указывал на то, что ему не раз приходилось иметь дело со строптивыми свидетелями. Каван неохотно назвал имя и адрес в Белсайз-Парк, и они вылетели у Ханны из головы, как только она увидела полицейского врача, который деликатно дал знать о своем присутствии басовитым покашливанием. Уже без цилиндра, с редкими седыми волосами, тщательно зачесанными так, чтобы прикрыть обширную лысину, он, будто дружелюбный хорек, смотрел на них маленькими круглыми глазками. С мягким стуком опустив на пол потертый кожаный саквояж, доктор протянул Кавану толстую руку с короткими пальцами. — Ридли. Судебно-медицинский эксперт. Позвольте выразить вам соболезнования, сэр. – В его голосе слышалось уважение к коллеге. После недолгих колебаний Каван сжал пухлую руку Ридли своей, ухоженной, с изящными длинными пальцами. — Моя жена… страдала? — Не думаю, сэр. Смертельный удар был нанесен в переднюю левую часть грудной клетки, между вторым и третьим ребрами. Проникающее ранение правой стороны сердца, скорее всего, привело к повреждению желудочков и кровоизлиянию в легкие. Определить время смерти сложнее, так как трупное окоченение хорошо выражено. Я бы сказал, от восьми до двенадцати часов назад. Доктор Ридли отряхнул цилиндр, надел и коротко стукнул по нему. — Не могли бы вы объяснить отсутствие крови? – спросил инспектор Фаррелл. Ханна тоже обратила на это внимание, когда нашла Лили-Энн. – Необычно для колотой раны. — Корсет! – флегматично ответил Ридли. – Зашнурован достаточно туго, чтобы поддерживать давление на рану. Почти то же самое случилось с императрицей Елизаветой Австрийской. После смертельного ножевого ранения она смогла подняться на ноги, разговаривала, двигалась и прожила еще около получаса. В обоих случаях использовалось длинное, исключительно тонкое лезвие, и потому кровотечение в значительной мере было внутренним. Я узнáю больше, когда тело доставят в морг. – Зажав под мышкой потрепанный докторский саквояж, свободной рукой он приподнял цилиндр на дюйм и кивнул инспектору: – Доброго дня, Фаррелл. Дверь магазина закрылась за ним с назойливым звоном колокольчика. — Кому могло понадобиться убивать Лили-Энн? – Каван задал вопрос, который мучил Ханну с той минуты, когда она поняла, что подруга мертва. – И почему именно здесь? В твоем книжном, Ханна? — Строго говоря, магазин принадлежит тете Вайолет, – вздохнула Ханна, все больше раздражаясь от того, что Каван то и дело бросал на нее косые взгляды. — Вы знаете, где ваша тетя была прошлым вечером, мисс Меррилл? – спросил инспектор. — Кажется, она собиралась… |