Книга Кровавая жатва, страница 113 – Никита Кита

В той или иной мере, масляный душ обдал каждого из бойцов на опеределённом участке дороги. Досталось и козерогу оставленному под их защитой. Сперва рогатая махина тревожилась, но потом, кажется привыкла, что её обливают. Удерживающий барана солдат пробовал маневрировать, однако вдвоём с животным они были слишком неповоротливы.

«А теперь посмотрим, сработает ли это, как надо…» — подумал Фёдор и отдал приказ слугам.

Три осы одновременно отпустили целые шарики, сбрасывая их в один костёр — тот самый, вокруг которого, каждый был перепачкан в масле. Неожиданная вспышка пламени разразилась посреди лагеря, моментально привлекая внимание всех. Поднявшийся вверх клуб огня нарисовал столб метра четыре высотой. Эффект был умеренной силы — далеко не такой впечатляющий, как врзыв у реки, спровоцированный мантикоровцами. Но Фёдор и не добивался большого «ка-бум». Его интересовало другое последствие…

В момент, когда шарики лопнули от столкновения с твёрдой поверхностью, во все стороны устремились брызги горючей жидкости. Они тут же воспламенялись и ещё больше разгонялись расталкивающей силой вспышки. Ворохи искр, пылающие капли и поднятые в воздух, раскалённые угольки выстрелили в гуманоидов вместе с волной интенсивного жара. В тот же миг все промасленные матерчатые доспехи вспыхнули, как огромные факелы!

Девять фигур, включая барана, отпрянули от костра из-за огненного сполоха. В следующую секунду, все они запаниковали, ведь обнаружили, что горят. Трое тут же забились в агонии и завопили, потому что у них горело лицо. Пытаясь потушить его руками в пылающих перчатках, они делали только хуже — частички масла попадали в глазные прорези, поджигая им веки.

Загоревшийся баран, тем временем, сам будто бы превратился во второй костёр. В отличии от гуманоидов, он не был в доспехе, и у него сгорала его собственная кожа. От дикой боли он надсадно заблеял и закрутился, бешено гарцуя на месте. Горящий баранюх-гвардеец упал, отброшенный ударом рогов, и покатился, спасаясь от долбящих в землю копыт.

Поражённые огненной атакой бойцы пытались смахнуть или притушить пламя руками. Это привело к тому, что у каждого из них горящее масло попало на кисти. Кто посмышлённей, катался по земле и тёрся пылающими участками о грунт. Это тоже не особо помогало, но явно не улучшало горючие свойства вещества. Лишь двое быстро сообразили, что нужно скинуть с себя броню, покуда не стало поздно. Но и в этом деле им было не справиться в одиночку, ведь все элементы защиты были надёжно закреплены множеством труднодоступных завязей.

Чувствуя нарастающую боль, сгорающие живьём бокаты начинали кричать и носиться по лагерю. Видящие это сопартийцы подскакивали к ним и пытались как-то помочь. Из другой части становища прибежал офицер, узнаваемый по характерному одеянию. Лицезрея чудовищное зрелище, он на секунду остолбенел, наверное, не понимая, как такое вообще стало возможно…

Впрочем, воинская выдержка и чувство ответственности быстро вернули командиру самоконтроль. Железным тембром, он выкрикнул подчинённым какое-то указание, а сам метнулся вперёд и подхватил с земли тканевый полог. Этим полотном полководец накрыл ближайшего горящего солдата, очевидно намереваясь затушить пламя. Как вдруг верхняя материя тоже вспыхнула с необычайной силой! Отскочив в сторону, офицер прикрыл лицо руками. Оказалось, полог в том числе был заляпан вылитым сверху маслом.