Онлайн книга «Кровавая жатва»
|
Постепенно дедок полноценно разрыдался, начав выть во всю. Лёжа на боку и опираясь на локоть, он вздымал вторую руку к потолку и что-то проговаривал. Слова смешивались с мучительными, полными моральных страданий стонами. Халима выглядел не просто разбитым — он был раздавлен, сокрушён! У него будто бы отняли самое дорогое! Словно он только что потерял всю семью из-за несчастного случая. Словно дело всей его жизни в одночасье пошло прахом. Картина в комнате была такая, что хоть на холст забирай. Опирающийся на локти старец под невыносимым гнётом судьбы, бессильно свесил голову к земле и ронял слезы с впалых щёк. Не такого состояния Фёдор желал от своего важнейшего пленника… Мыслительный центр распорядился запереть Халиму в его комнате и обеспечить учителю наилучшие условия пребывания из возможных. Ему в распоряжение была передана самая качественная одежда и свежайшие постельные принадлежности доставленные из деревни. С пищевого склада принесли абсолютно все вариации вкуснейшей еды. Для размещения всех этих яств пришлось собрать два дополнительных стола в придачу к имеющемуся. Силиконовый гамак старика был расширен в два раза и завален подушками и матрасами из хорошей ткани и перевьев. Как же отреагировал Халима на все эти дары? В своём новеньком тёплом тулупе он отвернулся от столов ломящихся от снеди, встал впритык к стене и уставился на серый бетон. Даже не на статуэтку медведя, стоявшую в нише поблизости — она с наклеенным стикером перевода находилась здесь ещё со дня ночёвки Жакару — просто на пустую, шероховатую плоскость… В таком положении он не двигал руками, почти не моргал и только тихо дышал через приоткрытый рот. Взгляд распухших от слёз глаз был лишён всяких эмоций кроме лёгкой усталости. В Халиме читалось лишь… полное опустошение. «Что же мы натворили, что довели его до такого⁈» — переживал Фёдор. — «Может не стоило мстить деревенским? Он теперь считает, что раз не удалось реализовать мирный план, то всё пошло по другому, кровавому сценарию, и не хочет быть причастен к геноциду собственной расы.» «Людская логика всегда идёт по пути максимального самоуничижения?» — брезгливо прокомментировала королева — «Вообще-то ему было почти насрать на происходящее, пока он не докопался до сути своего исцеления. Его собственная шкура — вот что заботит Халиму больше всего. И правильно. Старый умудрённый жизнью мужчина не может мыслить иначе.» «Ладно… Дадим ему время. За свой подвиг он заслужил отдых.» — принял решение человек. Все насекомые кроме светильников покинули покои учителя, после чего тюремный слизевик запечатал проход толстой перегородкой. Это было сделано в первую очередь потому, что Фёдор уже в скором времени планировал выпустить из камеры Миару. У его придворного столяра, а теперь, по совместительству и табачника, на предстоящий день была запланирована уйма работы. Днём ранее бывший жуколов занимался обрезанием листов с кустов доставленных из табачной деревни. Он обработал все двадцать растений, оставив только голые стебли, и в результате его обеденный стол оказался сплошь заложен маленькими, похожими на помидорные, листьями. Миару накладывал их стопками, так что в итоге получилось несколько слоёв. Перед сном бокат обратился к надзирателю и жестами объяснил ему, что заготовленную листву необходимо поднять на поверхность. А кроме того, и самому Миару потребуется выйти из бункера, дабы поучаствовать в дальнейшем процессе производства. Иначе у них ничего не выйдет… |