Книга Сводные. Мы остались одни, страница 36 – Инна Матвеева

— К слову не пришлось, — ядовито поясняет он. — Хотя теперь я вижу, что всё шито белыми нитками.

Похоже, Вася никак не успокоится. Усиленно пытаюсь подобрать нужные слова, чтобы он начал меня слушать и вникать, но не успеваю — слышу звук открываемой двери и вижу, как его лицо превращается в каменную маску.

Сразу понимаю, кто пришёл. Даже прежде, чем слышу будничное и почти миролюбивое:

— Вообще-то рано Милку будить. Полчасика поспасть у неё ещё были.

Машинально разворачиваюсь к Феликсу. Странно слышать от него мягкое «Милка» и все эти слова. Нет, ну понятно, что раз оба меня нашли, то в курсе всех дел — видимо, Эдуард Сергеевич просветил. Но чтобы сводный запомнил, когда меня надо будить, и даже никак не подстебнул моё желание работать тут?..

Кстати! Работа... Хорошо, что Феликс сказал о времени до смены, а то у меня телефон по-прежнему в подсобке.

— Ничего, лучше я подготовлюсь за эти полчаса, поем, приведу себя в порядок, — размышляю вслух, толком и не понимая, это я сейчас к Феликсу обращаюсь или просто проговариваю.

Но смотрю на него. Цепляюсь взглядом. Странно, но присутствие проблемного сводного словно опору непонятную даёт перед предстоящей сменой.

Кажется, я не так уж выспалась.

— Я потому и сказал, что у тебя было полчаса поспать, а ещё полчаса на всю эту херню, которую ты перечислила, — Феликс продолжает вести себя так, словно мы всегда общались легко и непринуждённо, да и утром я не ушла на напряжённой ноте. — Смена через час. Но раз так получилось, мне надо с тобой поговорить.

Сглатываю, почему-то вспомнив слова Васи про влюблённость Феликса в меня. Отвожу взгляд от сводного, пытаясь взять себя в руки. Неважно, что ему надо, я не должна реагировать. Даже мысленно.

— Я вам тут не мешаю? — опережает мой ответ язвительный вопрос Васи.

Хочу сказать ему, что всё в порядке, но слова застревают в горле. Зато Феликс не теряется.

— Мы выйдем, — пренебрежительно говорит своему вроде как другу, явно давая понять, что да, он будет лишним. А потом приближается ко мне, смотрит в глаза. — Это важно.

Я отступаю на шаг, хотя Феликс по-прежнему на ощутимом расстоянии. Лихорадочно ищу причины отказать, потому что не хочу оставаться с ним наедине. Но одновременно почему-то и не хочу, чтобы он это знал.

— Да пожалуйста, я сам выйду, — раздражённо решает за меня Вася.

И тут же выходит, хлопнув дверью.

Наверное, надо пойти за ним, догнать. Но я почему-то ни на что не решаюсь, лишь как в замедленной съёмке слежу за тем, как Феликс поворачивает дверную ручку так, чтобы запереть нас.

Забавно Милка напрягается, когда я дверь запираю. Чует подвох?

Вообще я его не планировал. Хотел исключительно с мирными целями с ней поговорить. Про наследство опять. Ну и про смену её ночную. Но раз Мила чует подвох, то пусть — так интереснее.

Похрен, почему мне так нравится её дразнить. Мне уже в принципе похрен на всё — я иду напролом, даже толком и не зная, куда. Наверное, поэтому в какой-то бессознанке запер нас. Хотя вряд ли кто бы прервать осмелился.

Голубки, походу, совсем не помирились. Даже несмотря на то, что меня задержали дела и я упустил момент, когда Вася к ней проскользнул.

Разворачиваюсь к Миле и смотрю, пытаясь понять, в какой момент я стал повёрнутым на всю голову из-за этой девчонки. Явно же раньше, чем вчера. Иначе настолько бы не накрыло... Наверное. Ни в чём уже не уверен.