Книга С легким паром, изменщик!, страница 8 – Марго Лаванда

— Что за странные вопросы, Ника? — его голос становится низким, глухим. — Ты же сама знаешь, сколько я вложил в этот комплекс. Там постоянно что-то нужно решать. Инфраструктура, персонал, прием важных гостей. И вообще... — он обернулся, и в его глазах я увидела не вину, а досаду и усталую оборону, — мне там хорошо. Тишина. Природа. Баня после тяжелого дня. Разве это преступление?

— Нет, — тихо сказала я. — Не преступление. Но пока ты отдыхаешь в бане, здесь рушится все, что я когда-то строила. Мои салоны загибаются. И я... я не понимаю, что происходит.

— И я не понимаю, откуда на меня такой шквал! — он повысил голос, сделав резкий шаг в мою сторону. — Тебе что, скучно? Хочется поругаться на ночь глядя? У тебя ПМС, что ли? Или детишек мало? — это было низко. Он знал, что было низко. Его глаза мельком блеснули чем-то вроде сожаления, но он не взял слова назад. — Мне завтра вставать в шесть. Встреча с партнерами. Крупнейший заказ за этот год. Мне нужна голова на плечах, а не ночной разбор полетов!

Мы стояли друг против друга, я смотрела на него, и во рту был горький вкус пепла. Он уходил в глухую оборону. Переводил все в истерику, в гормоны, в женские капризы. Самый простой способ не отвечать на вопросы.

— Хорошо, — произнесла я совершенно бесцветным тоном. Все внутри обледенело. — Прости, что потревожила. Спокойной ночи.

Повернулась и вышла, тихо прикрыв за собой дверь в свою комнату. Прислонилась спиной к холодной деревянной поверхности и закрыла глаза. В ушах гудело. Роман лишь отмахнулся от моих тревог. А чего я, собственно, ожидала?

В шесть утра дверь моей спальни с скрипнула, и в щель просунулась сначала взъерошенная голова, а потом и вся небольшая, теплая фигурка четырехлетнего Пети.

— Мамочка, я проснулся! — прошептал малыш и через секунду уже устроился у меня под боком, пахнущий детским сном и нежной кожей. Я обняла сынишку, подумав что вот оно — счастье. Самое главное в жизни. Мне стало так хорошо…

Роман придерживался правила, что дети должны спать в своих кроватках. Но я часто брала Петю к себе с самого грудного возраста. Знаю, что это неправильно. Мы часто спорили об этом с мужем. Сейчас Петру уже четыре, но он часто по утрам приходит ко мне и это для меня самые сладкие мгновения.

— Давай еще поспим, мой хороший.

Но вскоре в спальне раздался цокот — Рекс тоже обожал приходить ко мне. Короткие, быстрые лапки зацокали по паркету — знакомый, суетливый стук. Мой любимец — рыжий корги, похожий на ушастый каравай с умными глазами, встал задними лапами на кровать и принялся настойчиво тыкать холодным носом в мою ладонь, требуя внимания.

Рекс появился у нас год назад. Я приехала в ветеринарную клинику с котом Маркизом, а хозяева Рекса привезли его на усыпление… Я как услышала их разговор с врачом — мне стало плохо! Как можно так поступать с животными?!

— Мы переезжаем в другую страну и на улице ему будет куда хуже. А так он ничего не почувствует, правда? — тараторила худощавая блондинка.

Я посмотрела в умные глаза пса и мне показалось что в них стоят слезы.

— Пристроить, увы, не получилось. Ему уже семь, он старый…

— Я заберу собаку, — вырвалось у меня.

Я даже не думала. Просто решила и все.

И этот питомец стал мне верным другом, любимцем. Роману конечно это не понравилось.