Книга Элементы любви, страница 62 – Шула Ли

Так проще, чем объяснять, что мы никогда не были парой, ведь тогда пришлось бы говорить о разрыве отношений, которых никогда не существовало. К тому же, если нам не удастся раскрыть настоящую личность Купидона, мы по крайней мере сможем поставить под сомнение его надежность, сказав, что мы были несовместимы, а все опубликованное – лишь монтаж ситуаций, вырванных из контекста. Никому не нравится чувствовать себя обманутым. Брайс и я будем выглядеть жертвами, а на Купидона обрушится ненависть.

— Лекси любит говорить, что мы друзья. – Брайс поворачивается ко мне, и я замечаю в его взгляде что-то новое: он становится более решительным и серьезным. – Но я хочу, чтобы мы были больше, чем просто друзьями.

Его слова повисают в воздухе, и весь остальной мир замирает вокруг нас. Я перестаю слышать шепот чужих разговоров, и шум от приборов стихает. Слышно лишь мое сердце, что с силой бьется о ребра.

Брайс не отводит взгляда, словно хочет убедиться, что я понимаю его послание. Что его слова значат именно то, что значат, и что они сказаны не для того, чтобы убедить Алику и Джо в том, кем мы являемся, а адресованы мне. Только мне.

И то, что он продолжает сжимать мою руку своей под столом, вдали от чужих глаз, лишь подтверждает это.

Я запутана сильнее, чем когда-либо.

Я дохожу до двери в нашу квартиру, не зная, как воспринимать то, что только что случилось в Brown's House. Это не тот результат, которого я ожидала, когда решила принять помощь Брайса. Его признание все усложняет. С чувствами всегда так. Но, хочется мне того или нет, между нами что-то изменилось. Ни в плохую, ни в хорошую сторону.

Закон Лавуазье гласит, что материя не создается и не уничтожается, она лишь преобразуется. В химической реакции реагенты превращаются в продукты, и раз уж реагенты – это мы с Брайсом, мы превратились в неправильный продукт. Надеюсь, что мы относимся к обратимым реакциям, потому что иначе куда денется наш план, наша цель разоблачить Купидона? Тогда все потеряет смысл.

Разговор с Бет всегда помогает мне прояснить мысли, и именно это мне сейчас нужно.

Легким поворотом ключа открываю дверь нашей квартиры. Внутри темно. Я кладу ключи на тумбочку в прихожей и иду в комнату Бет, но ее нигде нет.

Немного подавленная, я уже собираюсь идти в свою комнату, когда замечаю слабый свет в щели между дверью и полом. Открываю дверь, и, словно она меня ждала, Бет лежит на моей кровати с ноутбуком. В такие моменты я думаю, что мы умеем читать мысли друг друга. Может, мы были близнецами в другом измерении.

— Как прошел ужин? – в предвкушении спрашивает подруга, прячет банку печенья за спиной и украдкой проводит ладонями, смахивая крошки с моих простыней. Она знает, что я ненавижу, когда она ест печенье в моей кровати, но в этот раз я делаю вид, что ничего не замечаю.

Матрас прогибается под моим весом, и я скрещиваю ноги.

Глубоко вдохнув, рассказываю ей все – начиная с нашей маленькой встречи под деревьями любви и заканчивая тем самым признанием.

— ЧТО он сказал тебе?! – визжит она как одержимая.

— «Я хочу, чтобы мы были больше, чем просто друзьями», – повторяю я так, будто это не важно.

— И прямо тебе в глаза?

Киваю.

Бет откидывается назад и начинает пинаться на кровати. Я тихо смеюсь над ее реакцией.