Книга Мой муж ждет моей смерти, страница 51 – Алёна Климова

— Действительно хорошее место, — признала я, слизывая соус с губ.

— Вот видите. А вы хотели сидеть в душном помещении и делать вид, что вам невероятно комфортно, пока за соседним столом человек пять шумно празднуют чей-то развод.

Я поперхнулась кофе. Горячий напиток обжег горло, и я закашлялась.

Дмитрий мгновенно отставил коробку и посмотрел на меня с тревогой.

— Что с вами?

— Нет, — я с трудом перевела дыхание и покачала головой. — Ничего.

Мы снова замолчали. Река внизу катила свои темные воды, словно стирая все неловкости. Ветер шевелил сухую траву у наших ног.

Дмитрий задумчиво отломил кусочек хрустящей корочки и начал медленно крутить его в пальцах.

— Марина выглядит такой счастливой рядом с Игорем, — тихо, полушепотом произнес он.

Я повернула к нему голову. Он смотрел куда-то вдаль, на другой берег. На его губах больше не было ни намека на улыбку.

— Да, — ответила я после недолгой паузы, тщательно подбирая слова. — Похоже, она действительно счастлива.

— Игорь рядом с ней становится совершенно другим человеком. Обычно он умеет держать лицо в абсолютно любой, даже самой патовой ситуации. Железобетонная выдержка. А рядом с Мариной… — Дмитрий замолчал, подбирая правильное определение, затем усмехнулся без своей привычной иронии. — В общем, он выглядит как человек, которому впервые в жизни по-настоящему есть что терять. И он боится этого.

Я не знала, что на это ответить.

— Вам тяжело это видеть? — осторожно спросила я.

Он пожал плечами, всё так же не отрывая взгляда от воды.

— Иногда. Но это не та история, где можно обижаться на кого-то за то, что он нашел свое счастье. Ей хорошо с ним. Это главное.

В его голосе не было ни капли жалости к себе. Ни злости, ни уязвленного мужского самолюбия. Только светлая, спокойная усталость человека, который давно всё понял, смирился с потерей, но еще не до конца к этому привык.

В моей груди что-то болезненно сжалось. Я невольно вспомнила Юру, его жадный, оценивающий взгляд, когда я говорила о своей выдуманной смертельной болезни. Его нетерпение. Его абсолютную, циничную уверенность в том, что моя скорая смерть принесет ему свободу, квартиру и новую жизнь с любовницей.

И вот сейчас рядом со мной сидел мужчина, которому было по-настоящему больно, но который искренне, без капли эгоизма радовался за женщину, выбравшую другого.

Это казалось слишком редким и ценным для того жестокого мира, в котором я привыкла жить в последние месяцы.

— Вы хороший человек, Дмитрий, — тихо, но очень твердо сказала я.

Он резко повернул ко мне голову. В его светлых глазах мелькнуло удивление.

— Осторожнее с такими заявлениями, Алиса. Еще немного, и я начну вести себя прилично, чтобы соответствовать.

— Не начнете.

— Вот и я так думаю.

Он попытался улыбнуться, но на этот раз улыбка вышла мягкой и какой-то беззащитной.

Резкий порыв осеннего ветра ударил в лицо. Дмитрий ощутимо поежился. Его дыхание вырывалось изо рта белыми облачками пара.

— Вы замерзли, — констатировала я.

— Ничего подобного. Я просто демонстрирую вам свой суровый, нордический характер.

— В одной тонкой рубашке? При пяти градусах тепла?

— Настоящий суровый характер абсолютно не нуждается в утеплении.

Я посмотрела на край его дорогого пиджака, на котором сидела, а затем перевела взгляд на его руки. Дмитрий очень старался держаться непринужденно, но его пальцы уже заметно покраснели от пронизывающего холода.