Книга Слепая. Бывшая хозяйка старого поместья, страница 101 – Дия Семина

Что? И этот предлагает только дружбу? Замечательно, а я-то боялась.

— Это всё? Не хочу вас обидеть, но если честно, то вы понятия не имеете, как это противно, нудно и тяжело слепому человеку каждый раз подстраиваться к новым условиям. Не в обиду вам, но вы не сможете мне обеспечить безопасное существование. А я не хочу становиться обузой для вас. На секунду представьте себе ваш день в столице. Вы же рассчитываете поступить на службу?

— Так точно, — в его голосе появились новые нотки неуверенности, он уже чувствует, куда я веду разговор.

— Вы здесь, в деревне привыкли к вольной жизни, мчаться на коне по лугам, распугивая зайцев, спать до обеда, есть, когда вздумается и ни о чём не беспокоиться. А там увы, утром не позднее восьми часов, будь любезен появиться на службе, потом всякие бумажки перекладывать, и трёпку получать от начальства, ведь вы вряд ли попадёте сразу на хорошую должность. И так в этом бумажном аду корпеть до вечера, когда уже в носу свербит от пыли, в глазах темно от тусклого света. И погода плохая, ветер, а вы идёте домой, несчастный, ещё и переживаете, как там я, тоже несчастная, сижу одна и даже чай себе согреть не в состоянии, потому что на прислугу и качественное жильё у вас вряд ли хватит жалования. И эти будни сожрут нас с вами быстрее, чем я напишу романс. Мы начнём бесить друг друга до того светлого момента, когда я этот самый романс продам. Вот примерно так и сложится наш счастливый, творческий тандем, надо оно вам?

Он стоит, как вкопанный и обтёсанный столб…

Кажется, я перестаралась со спецэффектами, но его проняло. Да так, что несколько минут, парнишка сначала стоял, потом сел на траву и сидел довольно долго, переосмысливая свою жизнь. И всё молча.

Мне тоже пришлось присесть на траву поодаль, а рядом кругами ходит и квохчет недовольный Пётр Петрович, так и таскается за мной, как за своей бестолковой курой.

— Максим Николаевич, уже вечереет, я ещё чай не пила, ведите меня домой, если решитесь ехать в столицу, то поезжайте, может быть, я слишком сгустила краски, и всё не так ужасно…

— Нет, вы правы. Я романтик, и, видимо, не слишком практичен.

— Да, это потому что ваши родители слишком практичны. И я на них не в обиде, я их прекрасно понимаю, честное слово. На месте вашего папеньки я поступила бы так же. И невесту типа Марианны бы сосватала для вас. Она симпатичная, деловая и богатая. Если вы поедете в столицу с ней, то станете там звездой общества, а со мной — изгоем…

Ох, если бы я могла видеть.

Слышу, как он вскакивает, торопливо отряхивается и тут же осторожно помогает подняться мне. Его пальцы обхватывают мою руку, он подносит её к губам и замирает на мгновение. Кажется, ещё немного — и его просто разорвёт от переполняющих чувств.

— Но я думал, что влюблён в вас…

— Да боже мой, ну откуда в вас эта наивность. Романов начитались? Влюблён он! Любовь была и нет, а сильная, крепкая семья, здоровье — вот настоящий залог счастья. Мы знакомы всего-то пару дней, у вас не любовь ко мне, а сердобольность, эффект «Девушка в беде», но я не ваша обуза, и справлюсь, не переживайте, устраивайте свою судьбу.

Читая ему проповедь, я почему-то скрестила за спиной пальцы. Сама не верю в то, что говорю. Но ещё больше не верю в его влюблённость, я для него — бунт против родителей. И не более того.