Книга Слепая. Бывшая хозяйка старого поместья, страница 131 – Дия Семина

Антонина вздохнула, как опытный адвокат, выдержала паузу, постучала холёными пальчиками по скатерти, словно решаясь на откровенность, и подняла уверенный взгляд на сына:

— Хорошо, если ты хочешь правду, я тебе открою её, чего бы мне это ни стоило. И прошу заметить: я откровенна с тобой. Так вот, это письмо написала твоя сестра: у нас почерки одинаковые. Маша их видела в театре собственными глазами. Видела, как Юлия целовалась с Леонидом Липовским: её руки обвивали его шею. Но этот инцидент был подан так, словно нахал сам против воли поцеловал невинную овечку Юлию. Твоя сестра была в ярости. Она исключительно из благих побуждений написала записку матери Михаила, а та показала её сыну. Да, я об этом знаю. Я вообще всё знаю про своих детей. Я взяла это на себя, чтобы не позорить замужнюю дочь. Мария была влюблена в твоего друга Михаила, но он не отвечал ей взаимностью. Но твоя сестра ошиблась, поступив некрасиво, и уже раскаялась. Михаил вычеркнут из её жизни навсегда.

Антонина говорила с апломбом, голосом, не терпящим возражений, ибо продолжала считать себя абсолютно правой во всём.

— Мария? Значит, мне не показалась? Она была влюблена в небогатого Михаила Сергеевича? А он боялся даже взглянуть на неё с вашими‑то требованиями к женихам. И вы знали об этой любви и всё равно выдали её замуж за состоятельного Павла Ивановича? А теперь оказалось, что Павел Иванович — лопух, которого облапошили ненадёжные компаньоны, и вы уже готовы свой дом заложить, чтобы спасти то, что осталось от брака и не потерять лицо в обществе? Как далеко вы готовы зайти, чтобы разрушить благими намерениями наши судьбы? Мария до сих пор любит Михаила, Юлия опозорена, я в ссылке, дурак Липовский ранен, Михаил тоже в ссылке, и его свадьба с Юлией расстроена. Вам не кажется, что мы уже достаточно пострадали от вашей заботы?

— Я делаю всё, что от меня зависит. Ты не получил бы ссылку, будь у нас деньги: заплатили бы штраф и остался бы героем — спас от ревнивого поклонника‑маньяка невесту друга. Никто бы и внимания не обратил на твою роль в этой ситуации. А вот репутация твоей романтично настроенной сестры могла пострадать. Я защищаю вас, как могу, и в ответ только упрёки. Если хочешь знать моё мнение, то я продолжаю считать Павла лучшей партией для Марии, как и для тебя лучшей была богатая Виолетта. Не стоило тебе вообще ввязываться в эту дуэль и стрелять. Убил бы Липовский Юлию — и дело с концом: для Михаила нашлась бы более богатая партия, например, Марианна. И его мать была бы счастлива. Ты сам виноват в том, что сейчас прозябаешь здесь. Юлия — обманщица, крутившая роман сразу и с Липовским, и с Михаилом. Вот правда, от которой ты отмахиваешься.

Дмитрий вздрогнул, и из его руки выпал столовый нож, но он даже не заметил, не в силах отвести ошеломлённый взгляд от матери:

— Возможно, когда у меня появятся собственные дети, я смогу понять ваши мотивы и поступки, но не сейчас. С другой стороны, не только Липовский поступил подло, но и Мария, и, надеюсь, она осознаёт, что натворила, вмешавшись в чужие отношения. Юлия не приехала бы на место дуэли, не кинулась закрывать собой Михаила, если бы не любила его. Все ваши домыслы и советы — опасные инсинуации, а последствия от них страшны: столько разрушенных судеб. Скандал с письмом и сплетнями удалось замять только благодаря не слишком усердной работе следователя, который решил не копать дальше театрального поцелуя и ревности Липовского.