Книга Младшая внучка, страница 116 – Дина Зарубина

— Замолчи сейчас же! – крикнула Филумена.

— Уймись, – процедила Айседора. – От жадности помешалась?

Руперта вдруг громко зарыдала, согнув спину. Я видела, какие у нее острые под платьем лопатки.

— Мы так долго ждали, – разочарованно прогудел второй мужчина в мундире. Граф Ман. Ну, этот хоть ведет себя достойно.

— Так кто же все получит?! – заорал нервный маркиз. – Вы всех перечислили! Такое состояние!

— Я требую тишины! – нотариус хлопнул папкой об стол. Обвел всех грозным взглядом. – Я прекращу процедуру, если мне будут мешать!

Все недовольные затихли, только Руперта давилась под вуалью рыданиями. Я поймала вдруг взгляды Нуаре, они оба смотрела на меня.

— Донна, вам дать воды? – спросил нотариус.

Стакан был передан Руперте, и она откинула вуаль. Зубы застучали о край стакана.

— Ру?! – неверяще спросила мама и разом осела на стуле.

Соника приоткрыла рот, глядя на сестру:

— Что это такое? – просипела она.

— Ну, не томите! – потребовал кто-то из кузенов.

— «Все состояние Далосса Фра Данкала, как-то: шесть поместий, паи в торговых домах, конюшня чистокровных рысаков, три торговых судна, склады в портах Колеан и Лундази, прогулочная яхта, пришвартованная в Гамбеле, и прочее имущество, в совокупности оцениваемое в четыре миллиона далеров, я завещаю моей младшей внучке, Солейн Фада, и надеюсь, что деньги ей пригодятся при продвижении по стезе магии», – дочитал нотариус и утер платком пот со лба.

Четыре миллиона далеров?! Мил-ли-о-на?! У меня потемнело в глазах, я бессильно привалилась к стене. Я видела, как оборачиваются и вскакивают родственники, открывают рты, но слышала только шелест прибоя. А потом стало темно.

Чего я вас буду на голодном пайке держать, если дальше уже написано? Выходим на финишную прямую!

* * *

— Хватит валяться! – очень холодная мокрая тряпка плюхнулась мне на лоб.

Я медленно подняла руку и потрогала ее. Затем открыла глаза. Я лежала в комнатке без окон, на жесткой кушетке. Собственно, в комнатке был только стул и узкий шкаф. Наверное, нотариус тут отдыхает между клиентами. Или хранит запасной костюм.

— Что случилось? – я опустила ноги и села.

— Пустяки, ты получила наследство, – ехидно сказала Соника. – Водички?

Голова снова закружилась. Я все вспомнила и выпучила глаза в изумлении.

— О, святая Праматерь! – выдохнула. Так это не шутка!

— Не праматерь, а дедушка Далосса, – поправила меня Соника.

— Но как? Он же разорен…

— Был разорен, но вообще-то после замужества дочерей много времени прошло. Он оброс не только жирком, но и перьями, – хмыкнула Соника. – Думаю, дедуля был не так прост.

За дверью ругались в несколько глоток. Громко, с надрывом, с визгами. Дверь время от времени сотрясалась от ударов. На несколько минут все стихало, потом гвалт поднимался снова.

— Очухалась? – Соника окинула меня скептическим взглядом. – Надо выйти, а то они сломают дверь. Особенно рвется мамуля, сама понимаешь, ей деньги нужны, я-то не даю ей шиковать.

Я спрятала лицо в ладонях и застонала.

— Ну-ну, – Соника похлопала меня по плечу. – Подумаешь, мелочи, четыре миллиона, у людей и похуже неожиданности случаются.

В дверь постучали. Соника прислушалась и повернула барабанчик замка. В комнатку проскользнула Руперта с небольшим овальным подносом. На нем исходила ароматом чашка с кофе. Рядом стояли вазочки с медом и тонкими хлебцами.