Книга Младшая внучка, страница 50 – Дина Зарубина

— Смотришь и желаешь? – Ирма вдруг прикусила губу. Вскочила и побежала закрыть дверь. – Салли, поклянись, и ты тоже, Дженни, что вы никогда никому не расскажете, что говорили, видели и делали сейчас.

— Почему? – я вытаращила глаза. – Мы ничего плохого не говорили!

Ирма потерла виски.

— Если мы не хотим потерять Дженни, клянитесь помалкивать! Кинезис – это ментальная практика. Она двигает бумажку силой своей мысли, а не маной. Заклинание тут совершенно не при чем, она и молча это сделает.

— Ты хочешь сказать…

— Ничего я не говорю и не хочу сказать! И ты молчи. – Ирма перевела тяжелый взгляд на нас. – У меня был брат, Тармель. Он в пять лет умел давать собакам и кошкам мысленные приказы. Козам, лошадям, когда стал постарше. Мы думали, что растет зверомаг, природник, и радовались. Полезное умение, у нас же огромная ферма, скотины много, ее кормить, лечить, растить куда проще, когда знаешь, чего ей хочется. А потом приехали люди из тайной службы и забрали его. Больше мы Терри не видели, потому что у него оказался ментальный дар. Я даже не знаю, жив ли мой брат, где он, что с ним.

Дженни медленно кивнула. В ее глазах было понимание.

Ну ничего себе! Ментальная магия! Это же… это же все, что угодно, с человеком сделать можно!

— Дженни, пожалуйста, никогда ничего не внушай мне, – всхлипнула я. – Даже с самыми лучшими намерениями!

— Не надо на меня смотреть, как на чудовище, вы же мои самые лучшие подруги! Да и не умею я ничего! – Дженни обиженно сморщилась. – Но я догадывалась, да. Чувствовала тепло или холод от писем на почте, запахи от людей. Хорошие люди пахнут иначе, чем плохие.

— Это ментальный запах, да? – я давно заметила, что Дженни часто морщится, но думала, что у нее мигрень или обычное женское недомогание.

— Принцесса Эллибет воняла тухлятиной, – кивнула Дженни.

— Значит, клянемся, – жестко вернула Ирма разговор в прежнее русло. И показала мне кулак. – Никто не должен знать. Я не хочу по глупости потерять подругу!

Мы составили текст клятвы, зажгли свечу и дружно поклялись. Текст сожгли на той же свече. Теперь никто не проболтается, магия не даст.

По дороге в академию я тронула Ирму за локоть.

— Ирма, ты из-за брата столько знаешь про ментал?

— Да, – нехотя сказала она. – Пыталась его искать, но поняла, что бесполезно. Там же ужас сколько направлений и разновидностей. Ясновидцы и пророки тоже к ним относятся. Телепатия, психокинез, телеметрия, иллюзии, работа с памятью, окклюменция. Даже боевая есть, ареноментия называется.

— А почему бесполезно?

Ирма горько усмехнулась.

— Все менталисты работают на корону. И морок они умеют наводить превосходно. Терри, скорее всего, где-нибудь в закрытой школе учится. Даже если школа на соседней улице, в соседнем доме, я никогда об этом не догадаюсь. Представляешь, что может сделать обученный, взрослый магистр-менталист? Рядом пройдешь, не заметишь, если он не захочет. Терри забрали в семь, а теперь ему десять. Я так по нему скучаю!

Ирма всхлипывала и рассказывала, какой у нее был замечательный братишка, самый лучший на свете. Ее мама чуть с ума не сошла, когда Терри увезли.

Я могла только сочувственно кивать. Даже не подозревала, что у них в семье такая трагедия случилась. Понятно теперь, почему Ирма жилы из себя готова вытянуть, учится, как проклятая. И у профессора она спрашивала про поисковики на крови, он даже ей какие-то статьи давал почитать. Ирма что-то выписывала себе. Хотя мы вовсе не артефакторы!