Книга Младшая внучка, страница 62 – Дина Зарубина

Дее конфеты я украдкой сунула в карман для Ирмы. Дорогущие!

Вошли наши безопасники, пять штук со своим начальником, оценили скульптурную группу в приемной, считали заклинания со всех присутствующих, зафиксировали и записали мои объяснения.

Про случай зимой я тоже рассказала, первый день каникул, около двух часов дня. Наверняка кто-нибудь видел, как я выпрыгнула из кареты. Я все каникулы не выходила за стены академии, боялась.

Экселенц крякнул и посмотрел на главу охраны.

— Мастеру Юферу надо бы выдать премию. Девочка же могла разбиться! И сейчас отличный трюк выполнила, я испугался.

— Он прекрасный преподаватель! – горячо подтвердила я.

«Любящих родственников» препроводили в отделение стражи, а меня наконец-то отпустили мыться, стираться и обедать. И руку лечить, я глубоко ее проткнула.

* * *

Ирма долго думала, морщила лоб, чертила схемы в тетрадке по рунам.

— Мало предпосылок, – сказала она наконец. – То, что им от тебя что-то надо, само собой светится, раз всем кагалом притащились. Тебе случайно, никакого наследства не отломилось? Чтоб и графу не стыдно было лапу наложить?

— Так он не себе же, мне кого-то другого нашел.

— Жаль, что не знаем кого, – Ирма прикусила карандаш. – Могла бы и спросить, что за жених, как зовут, сколько лет. Гадай тут теперь, объявлений больше не было? Но, скорее всего, родственника подыскали. Ради чужих так не бегают и не суетятся. А ты могла бы письмо написать отцу! Он не может не знать, за кого тебя хотела спровадить любящая мама.

Я опустила голову и покраснела. Могла бы. Ирма каждую неделю маме пишет. А я почему-то молчала. Сначала боялась писать, потому что тревожилась, что выгонят, потом боялась сглазить, потом некогда стало о доме вспоминать, да и не хотелось.

Меня точно теперь уже не выгонят, а студентка – это не стыдно, таким в семьях гордятся. Папа точно будет рад. Вот ему и напишу.

А чтоб письмо до него точно дошло, направлю на мельницу, дону Агбо. А внутри второй конверт, чтоб папе отдали. Мама со злости письмо спрячет и отцу ничего не скажет. И Сонике не скажет, их дома целыми днями не бывает, они даже не узнают. Зато мать точно на мельницу не поедет, а отец ежедневно мимо проезжает.

А может, они уже и разъехались? Моник должна была за своего вдовца замуж выйти еще в ноябре, а я сбежала, чего маме торчать в деревне? Меня уже не нужно караулить и воспитывать. Отца грызть? Он не угрызаемый, раз до сих пор живет с ней.

Мать могла в Цехейм вернуться, в городской дом, к своим подруженькам и сплетням. Правда, уверена, что Соника сильно ее доходы подсократит, то мы жили впятером, отец изо всех сил тянулся всех обеспечить, а теперь у Ру и Моник есть мужья, Соника с отцом больше будут в землю вкладывать, в хозяйство, а не в матушкины наряды. Матушка беситься будет, истерить, но двоих не переспорит. Отец ее визг не выносил, норовил избегать скандалов, а Соника резкая, как топор, она стесняться в выражениях не станет.

— Будешь писать, спроси, за кого тебя мать прочила, там же тоже какой-то жених намечался? Интересно, тот самый или другой?

— Ой, да мне вообще это не нужно! Глупости какие-то!

— Врагов надо знать, – без улыбки сказала Ирма. – Если до прямого ментального принуждения дошли, то дело, значит, серьезное. И спешное. Просто ты не владеешь информацией.