Книга Младшая внучка, страница 63 – Дина Зарубина

Раз так, напишу. Рука болела. Левая, к счастью.

Донна Буафло фыркнула: чего только студенты не выдумают, чтоб освобождение получить, как можно «случайно» руку проткнуть? Не будет мне освобождения! Лечила меня снова Бьянка, она старательно промывала рану, но часть чернил осталась внутри, несмываемой кляксой между большим и указательным пальцем. Хорошие чернила, качественные, с магической составляющей, чтоб подписи дополнительно защищать.

Со временем слегка поблекнут, но придется всю жизнь теперь носить митенки или перчатки, отметина большая и некрасивая. Память о семейке Диакумбо.

— Салли! А ты хорошо знаешь свою семью? – не отставала Ирма.

Пришлось пожать плечами. Не очень. Матушка совершила мезальянс, выйдя за папу. Она графская дочка, только третья, ей ни титула, ни денег не досталось. Старшим сестрам шикарные браки устроили, на нее у родителей уже сил и главное, средств, не хватило.

Заурядный помещик Фада, в навозных сапогах, стал ее мужем. Он землю хотел получить, пажити и пашню, кусочек леса. Можно в аренду, но лучше купить. Свое, оно и есть свое. Пришел покупать.

Старый граф Нир Далоссо уперся: земля рядом с Цехеймом дочкино приданое. Плевать, что заброшенная. Зато и продадут недорого, по-родственному.

Землю помещик хотел, очень кстати оказался неженат, так что в придачу к земле обзавелся и женой. Она пыталась его заставить вести бесцельную и роскошную жизнь, как ее учили, как самой сладко мечталось бессонными ночами: богатый дом с модной обстановкой, куча слуг, выезды, балы до утра, приемы, драгоценности, наряды...

Долги, само собой… кто в свете без долгов? О ведении хозяйства Мирелла Далоссо имела самое приблизительное понятие, и не интересовалась, где в доме кухня или прачечная. Фи! Она не прислуга!

А Гаспара Фада от земли не оттянешь, не муж, а позор какой-то! И в столицу не собирается ехать, и плевать ему на двор и моду. Какие-то вонючие коровы важнее жены! Правда, свои обязанности она знала, и рожала в надежде, что наконец-то получится мальчик. Тогда она, наконец, избавится от постылых супружеских обязанностей, а за рождение сына уж расщедрится этот сельский жмот, проведут они зиму в столице. Никуда он не денется!

Только вместо долгожданного сына родилась я. А целитель категорически запретил маме рожать. Есть коровы мясные, есть молочные, а есть для развода. Вот в развод матушка не годилась по хрупкости сложения, задавленного жесткими корсетами с двенадцати лет, и то чудо, что последнюю дочь не скинула. У нас в семье про это не говорили, это я из обмолвок и упреков матери и сестер выяснила, из воркотни нянюшки.

— А магия откуда? – удивилась Ирма.

— С папиной стороны магов не было, – я нахмурилась, пытаясь вспомнить семейную историю. – Дедушка по маме был маг Огня, дослужился до коменданта крепости… где-то на востоке, не помню где. Но до генералов не дошел. После отставки сидел в замке, как сыч, и сказал, что маму примет, только если она с одаренным внуком приедет. А внука не получилось, он ее из завещания вычеркнул, как бесполезную. У Моник десять искр обнаружилось, только она не захотела учиться. У меня вот…

— Погоди, – остановила меня Ирма. – Мог ваш принципиальный дедуля обрадоваться, что ты поступила учиться и отписать состояние тебе? Вот не верю я, что он не приглядывал и не интересовался судьбой внучек!