Книга Младшая внучка, страница 67 – Дина Зарубина

Крупная капля упала на лист, превращая символы в размытое пятно. Я пискнула и сдернула тетрадь со стола. Поздно. Шар обрушился на столешницу, залив стол и обрызгав еще четыре стола рядом. Раздались визги, проклятия и недовольные возгласы пострадавших от холодного душа.

— Фада, что за беспорядок! – завопила библиотекарша, взмывая над стойкой.

— Я?! Да я… «не виновата», – хотела сказать, но не успела, потому что обидчики вдруг согнулись и вприпрыжку выбежали из библиотеки, подвывая.

— Фада, убери воду немедленно! Здесь книги! – завопила библиотекарша.

— Почему я? – справедливое возмущение не возымело реакции.

— Твои ухажеры насвинячили!

Я не стала бы называть гадких приставал ухажерами, но спорить со вздорной библиотекаршей пустое дело. Против боевиков она и не пискнула бы. Обиженно сопя, я начала собирать воду с пола и столов, сушить чужие мантии и тетрадки потоком теплого воздуха.

— Что я пропустила? – из книгохранилища появилась Ирма со стопкой книг и круглыми глазами.

— Реми, спасибо!

Прижимать мокрую тетрадку к груди было ошибкой и для тетради, и для мантии. Работу придется переписывать, а мантию чистить.

— Ой… Реми, а что ты сделал?

— Постирал и погладил им трусы, – самодовольно ответил Реми. – На них!

Ожоги нежных мест гарантированы, и да, как-то остальное поневоле вылетит из головы. Какое полезное заклинание! Мы весело зафыркали. Реми рисковый парень, такое заклинание нельзя на клиенте делать, но ему было плевать на правила.

— А щиты? Это же старшекурсники! – удивилась Ирма. – Как?!

— Да плевать на их щиты, они на василиска рассчитаны, а не на три децимагеля…

Мы с Ирмой переглянулись с огнем в глазах. Нам не приходилось проверять крепость защиты старшекурсников, но пример Реми показал, что мы вовсе не безоружны и не бессильны. Это давало такое поле для экспериментов и поисков!

Довольно мы натерпелись оскорблений. Бытовая магия – это же поле непаханное для миллиона пакостей!

Если мы раньше усердно изучали созидательную сторону, то теперь стоит обратиться к разрушительной. Действительно, как-то раньше и в голову не приходило, что наша сила – в нашей слабости. Боевые щиты от боевых заклинаний, а вот мелкое, маленькое, потенциально неопасное, пропустят и не заметят! Нам не нужно ломиться напролом, нам хватит крошечной дырочки в плетении.

— Реми, я тебе магоматику до конца года буду давать списывать! – с меня не убудет, а ты окончательно обленишься. Моя ценность, как будущего специалиста, возрастет, и отодвинется вероятность отчисления.

Следующие несколько недель мы усиленно тренировались, забыв про чужие родословные. Сначала на одногруппниках.

Аристократы привычно обсуждали наши недостатки, не стесняясь нашего присутствия. Повод для недовольства у них был: высшую оценку за зубодробительную контрольную по минералогии и досрочный зачет получили мы с Ирмой, а высокородные будут писать еще раз.

У контрольной была обширная практическая часть, а мы столько галтовки перебрали для профессора Ямбира, что камни чуть ли не на ощупь определяли. Например, лазурит никогда не спутали бы с бирюзой, а опалы с ониксами, у них другая решетка и ощущение под рукой совсем другие.

Опал аморфный гидратированный диоксид кремния, имеет микроглобулярное строение, и даже относится не к минералам, а минералоидам. Оникс при том же составе имеет четкую кристаллическую структуру, мраморный оникс – с добавлением карбонатов. Пальцами совсем иначе ощущается, и маноемкость у них разная. Именно упорядоченность внутренней сетки и дает возможность накапливать и хранить ману, рассеивать ее или концентрировать.