Книга Отдел примирившихся врагов, страница 125 – Эвелина Шегай

— Знаю, очень хорошо знаю, – капитан подошёл к Аллену совсем близко, встал почти впритык. Сверля сердитыми глазами, поправил воротник и тихим шёпотом добавил: – Но вовсе не обязательно было распылять его столь демонстративным образом. Тем более на глазах у вампира, которого нам ещё предстоит передавать вашим сыскарям. Мы бы могли совершенно неумышленно предоставить обвиняемому возможность для побега и также совершенно неумышленно во время самообороны немного превысить свои служебные полномочия.

— Виноват, капитан, поторопился… не ожидал, что у вас настолько гибкие принципы.

— Я так понимаю, это наш новый Фенек? – перед Вэл остановилась маленькая копия старшего детектива, разглядывающая её с ошеломлённой физиономией. Его вечно полуприкрытые глаза, как будто он не спал неделю и оттого кемарил на ходу, чуть ли не до бровей распахнулись.

— Это разве не полная звериная форма? – настороженно уточнил Марсель и устало прислонился плечом к её боку. От него скверно пахло болезнью. Надо бы поскорее к целителю доставить.

— Да, полная, – мрачно ответил капитан за детектива Гроса, подойдя к ним вместе с Алленом. – Но не для беты. Валери у нас теперь альфа.

На мгновение показалось, что она ослышалась. В смысле, «теперь альфа»? Когда Вэл успела ей стать? Ерунда какая-то. Ещё полчаса была обычной бетой, и вдруг ни с того ни с сего на тебе – альфа.

— Да иду я, иду, хватит меня подгонять, – недовольно брюзжал противный дядька, по какому-то недоразумению работающий в полиции целителем. Врачевал он так себе, на натянутую троечку. Его подгоняли припозднившиеся Оскар и Офира, которые издалека уже кидали на Вэл шокированные взгляды. А вблизи так и вовсе рты пооткрывали. – И кого мне первым подлатать?

Не меньше получаса старик Аржебат возился над ранами Марселя. Будучи верным себе человеком, всё так же бурчал о бессмысленности лечения вампиров, которых, с его с точки зрения, легче добить. А с точки зрения Вэл, внимательно наблюдающей за процессом исцеления, кому точно не помешало бы прописать пару чудодейственных затрещин, так это именно ему. Одно грамотное сотрясение мозга, и всё – защита от того, чтобы не нести всякий бред, обеспечена на долгие годы.

Закончив с Марселем, старик Аржебат повернулся и посмотрел в сторону Донны, всё с таким же безучастным видом сидящей около Рикки. Кажется, он не просто так ей метку поставил, не из одного желания помочь напарнице – они тоже были влюблены.

Уставшее кровоточить сердце вновь сжалось от боли. Как же несправедлив этот мир! Они ещё и пожить толком не успели, а Вэл уже лишилась брата. Брата, который лишь слегка надкусил разные мелочи, но не состоялся в карьере, не обзавёлся собственной семьёй, не попутешествовал по миру, – не сделал очень много разных важных лично для него вещей. Безумно обидно. До тупой, режущей боли в груди.

— Вы позволите? – непривычно вежливо спросил Аржебат, присев на корточки возле Донны, приподнял её руку и начал прямо пальцами сшивать рваную рану на запястье. Пробежался по ней цепким взглядом, выискивая другие повреждения, и, ничего больше не найдя, он таки опустил глаза на Рикки. – А вот тут я бессилен…

Какое-то время они стояли в полной тишине и просто смотрели на мёртвого, что при жизни был братом, любимым, другом, коллегой, подчинённым. Каждый тосковал по-своему.