Книга Наши темные истории, страница 138 – Эми Голдсмит

— Ладно, ты выпила. Лотти так и сказала, когда позвонила тебе, но ты очень даже охотно согласилась на ее просьбу поддерживать эту легенду, пока мы все не утрясем. Отец разбирался с одним делом, и меньше всего ему нужен был очередной заскок от Лотти.

Я покачала головой, не в силах даже переварить слова Себа. От осознания правды меня замутило. Меня откровенно подставили!

— Я не понимала, что вообще на что-то соглашаюсь! И я не просто «выпила», Себ. После того, как ты меня там бросил, я вылакала чуть ли не все спиртное, до которого смогла дотянуться. И того, что было потом, почти не помню. Лишь урывками. Ты меня использовал. Вы оба меня использовали. Знали мою историю, я вам открылась, обоим, а вы… вы все это обернули против меня. С чем он, кстати, разбирался, ваш отец? Неужели заметал под ковер очередные ваши делишки? Как по правде умерла Эмма? Господи ты боже мой! – У меня участилось дыхание. – Вы сделали все, чтобы мне жизнь испортить. Грейскоттс был моим единственным шансом выбиться в люди, и ты это знал, Себ! В задницу вашего отца, в задницу Лотти… и тебя туда же! Вам можно ошибаться, все с рук сойдет, вы оба обеспечены до конца своих дней, а мне нужен был этот шанс. И все равно вы решили повесить еще один косяк на меня?

Я смотрела на Себа как на чужого, чувствуя себя глупее глупого и закипая от невероятно сильного праведного гнева. Рены со спокойной душой дали мне взять на себя вину за проделки Лотти. Вот почему Себ полностью игнорил меня все три месяца. Вот почему Лотти поспешила вернуться в мою жизнь – типа единственный друг, оставшийся после ужасного проступка на балу. Хотела убедиться, что я не услышу никакой другой версии событий, кроме той, которую состряпала она сама. Вот почему Лори – светлая ей, бедолаге, память – хотела раскрытия истины.

«Ведь именно так, к слову, поступают все Рены. Только знай себе берут, берут и берут».

Она догадалась о том, что натворила Лотти, но и сама побаивалась.

— Вы отрава. Оба. Вам плевать на чужую боль! Кто еще знает правду? Чарли? Сайра?

Себ покачал головой, не отрывая взгляда от земли:

— Нет, только ты, Лотти, Лори да я. Только мы тогда были на причале.

Я кивнула и грубо рассмеялась.

— И вот Лори мертва. Джосс тоже все выяснила?

Себ меня проигнорировал.

— Мы с Лотти… С той самой ночи мы все время хотели загладить вину, – проговорил он с невероятно напряженным, чуть ли не маниакальным выражением на лице. – Мы ведь именно за этим тут собрались. Ты бы попросила прощения у Лори, она бы отозвала обвинения, и тебя снова приняли бы в школу. Слушание должно было закончиться хорошо. Мой отец перетер с отцом Лори. Всё утрясли. Ты бы даже крайней не осталась, Мэг. Ты нам дорога. Мне – особенно.

Прекрасно зная, что все это правда, и тем не менее не веря словам Себа, я опустила голову на руки.

— Только Лори оказалась не в восторге, да? – пробормотала я себе под нос. – Может, она и не была моей главной поклонницей, но под конец даже ей расхотелось валить всю вину на меня.

— Что? – искренне смутился Себ.

— В ночь Хеллоуина Лори сказала, что готова все забыть. Надо было только рассказать всю правду. Вот, значит, о чем шла речь. О поступке Лотти. – Я пристально посмотрела на Себастьена, чувствуя, как встают на места детали жуткой картины. Картины, говорить о которой вслух я была не готова. – А потом… она утонула.