Онлайн книга «Усадьба Сфинкса»
|
Зоя почти не помнила, как их обоих вели по платформе, как они поднимались по эскалатору и входили в полицейский отдел, и только успела написать Алине и Адахамжону в общий чат:
Стрелки часов в верхнем вестибюле показывали половину пятого. * * * Решетки ворот в низкой арке двора были намертво схвачены ржавой цепью, запертой на висячий замок, который выглядел так, словно ключ от него потеряли еще в позапрошлом веке. Оставалась калитка; Алина подергала ее, посмотрела и заметила с внутренней стороны накладную механическую защелку. Она протянула руку сквозь прутья, нащупала рычажок пружины и нажала – раздался щелчок, калитка с легким скрипом открылась. Арка была полутемной, узкой и длинной, как коридор со сводчатым потолком и неподвижной черной лужей посередине. Подворотня изгибалась чуть влево и вела в тесный, как шкаф, квадратный глухой двор-колодец, словно выдолбленный потоками холодных дождей в сплошном массиве сумрачных старых домов. Казалось, что двор тупиковый, но Алина заметила неширокий просвет в углу и протиснулась в щель меж шершавых коричневых стен. Пространство внезапно раскрылось, впереди и вверху раскинулось бледное небо. Прямо напротив вросли в разбитый асфальт два гаража, так густо покрытых пестрыми граффити, что почти невозможно было отличить деревянные ворота от стен. Справа возвышался брандмауэр, лишенный окон, покрытый пятнами отвалившейся штукатурки. Слева располагался бетонный строительный забор с остатками колючей проволоки наверху и проломом посередине, рядом с которым стоял деревянный дощатый ящик, а поверх забора за небольшим пустырем виднелись железнодорожные платформы и ангары товарной станции. Нужный дом ограничивал этот небольшой двор сзади: простые, голые серые стены, рассохшиеся рамы окон с картонками вместо выбитых стекол, настежь раскрытая, покосившаяся входная дверь – выстроенный некогда для беднейших из обитателей Лиговки, он и ныне остался верен своему скорбному предназначению. Пространство между домом и гаражами было усеяно обрывками пластика, размокшим картоном, битым стеклом, бутылками, в углу у забора валялся бесформенный рваный башмак, что-то невнятное комкалось рядом с неровной дырой в асфальте. Мусорная корзина времени, потусторонняя свалка. Алина решила вернуться, но в этот момент из пролома в заборе показался человек. Она сразу узнала его: низкий покатый лоб, большие уши, жидкая челка, только лицо было изрезано глубокими морщинами, отчего кожа как будто свисала, собираясь в толстые складки. Шинкарев был одет в черную короткую куртку и защитной расцветки широкие брюки; он неспеша перелез через забор, спустился на землю, а потом повернулся, протянув руки. Алина притаилась в щели между стен и наблюдала. В пролом пробиралась щуплая, небольшая фигурка в огромной мешковатой кофте, болтающейся на узких плечах. Из-под накинутого на голову капюшона свисала длинная осветленная прядь – это была девочка, которой издали на вид можно было дать лет двенадцать. Шинкарев ловко подхватил ее, легко спустил вниз, засмеялся, приобнял за плечи и повел к открытой двери дома. Алина отшатнулась и достала смартфон.
Сообщение пришло пятнадцать минут назад. Она шепотом чертыхнулась и быстро написала несколько слов. Шинкарев с девочкой уже вошли в дом. Алина убрала телефон, вздохнула и шагнула во двор. |