Книга Прах Барселоны, страница 32 – Джулия Лионе

Тьма осветилась яркими вспышками. Огнем горело тело изнутри и снаружи, мышцы выкручивало, невозможно было сделать и вдох. Страстно хотелось дышать, но ребра свело жестокой судорогой. Он задыхался. Разум меркнул. Кто-то плеснул воду в лицо.

Мари… Бедняжка стонала, плакала, звала. Анхель разлепил веки, ища ее среди синих теней и языков алого пламени. Перед глазами возникло лицо кардинала Кироги, рядом стоял офицер – не стоял, а трясся как осиновый лист.

— Да, это он. Он! Я видел его с Марией Каррера, они жили недалеко от Сарагосы, в доме у железной дороги, – дрогнувшим голосом выдавил офицер. Он отступил назад, открыв взору Анхеля Марию, окутанную в белое. Ее длинные волосы распались по плечам. Она стояла за офицером, молитвенно сложив руки, губы дрожали, глаза излучали страдание.

— Имена сообщников! Кто еще был в отряде из Сарагосы? Кого еще соблазнила моя дочь? – Великий инквизитор Кирога был в ярости, глаза налились кровью.

— Мари, милая моя Мари, зачем ты пришла? Не трогайте ее, прошу вас, она же плоть и кровь ваша, – хрипел Анхель, не осознавая, что его мольбу сочтут за ответ, – она ни в чем не виновата!

Они замучают ее насмерть…

— Где, скажи, она? Где Мари-Мадлен Кердей?

Анхель продолжал умоляюще звать жену, мотая головой и держась из последних сил, лишь бы не упустить ее из виду. А она стояла, утирая глаза краем накидки и умоляюще-жалостливо глядела на него. Будто прощалась…

— Черт возьми, – разозлился кардинал Кирога. – Повторяйте пытку! Повторяйте до тех пор, пока он не скажет, где эта тварь отсиживается.

Лебедки скрипели, тело пронзали гигантские иглы, будто ударило тысячи молний разом.

— Итак, скажешь ты наконец, где жена твоя? – продолжал неумолимый главный инквизитор.

— Бесполезно, сеньор комендант, он не скажет. Сейчас он не может говорить. Каждый раз, когда мы возобновляем пытку, его накрывает приступ эпилепсии, мы вынуждены прекращать. Никакой храбрец не пожелает приблизиться к демону, когда тот неистовствует в теле одержимого. Ненароком можно и подхватить заразу.

— Но хоть что-нибудь вы смогли из него выудить?

Голос прозвучал властно и приглушенно. Анхель поднял взгляд. Среди монахов, офицеров в синих рубашках и тюремщиков стоял король.

Король Испании – Филипп Второй Габсбург.

— Нет, сир, – вздохнул кардинал. – Он порядком всех измотал. Упорно твердит имя своей супруги, Мари-Мадлен Кердей. Девица так и не была поймана. Шлюха Валуа, дьявол в юбке! Кого только не почтила своим вниманием. И, верно, внушила этому несчастному пагубные мысли. Его видели вместе с ней среди ублюдков «маки» в Сарагосе. А вчера мой секретарь доложил, что французская принцесса Маргарита покровительствует ей. Достать ее из-под юбки Валуа будет трудно.

Король выругался и вынул из кобуры револьвер. Последнее, что Анхель увидел, – узкое отверстие дула…

— Ты обесчестил мою дочь, Анхель Ромеро, сучье отребье! Поверь, ее найдут, из-под земли достанут. Но ты уже не узнаешь, что с ней станется.

Тео перевернул страницу, чтобы убедиться, что продолжения нет, и посмотрел на сеньору Каридад, ожидая от нее какой-то реакции. Та сидела рядом, в кресле, вытянув руки вдоль подлокотников, уставившись в одну точку, рот ее был поджат.

— И что вы скажете? – спросил он.