Книга Безымянный. За гранью прошлого, страница 3 – Елена Архипова

— Ну а что ты хотела? — выдохнул он тогда, даже не пытаясь оправдываться. Хорошо, хоть простыней прикрылся: — Посмотри на себя. Ты превратилась в вечно уставшую, замотанную тетку. Когда мы в последний раз занимались сексом? У тебя же то аврал на работе, то отчеты, а то и того смешнее — голова болит!

Вот тогда что-то внутри нее и сломалось окончательно.

Она же не робот! Разве она не может банально уставать или болеть?

Ей тридцать семь лет, она успешный маркетолог, владелица крупной компании, сбегает украдкой, как школьница, получившая за диктант двойку.

Только вот вместо родительского гнева её преследовали звонки Игоря, который до последнего не хотел мириться с разводом.

— Аня, ну что за детский сад? — его последние слова всё ещё звучали у неё в памяти. — Мы же взрослые люди, мы же можем всё нормально обсудить. Давай встретимся, поговорим спокойно.

Нормально обсудить что? То, что он полгода изменял ей со своей секретаршей?

Или то, что он пытался претендовать на квартиру, которую она покупала на свои деньги ещё до свадьбы?

Деревня Сосновка встретила её тишиной и запахом прелой листвы. Дом тети Марфы стоял на отшибе, небольшой, всего на два окна, но крепкий.

Тётя умерла три года назад, оставив Анне в наследство небольшой кусочек земли с домиком и баней. С тех пор Анна ни разу здесь не была, всё собиралась продать, но руки так и не дошли.

И вот теперь, как оказалось, хорошо, что не дошли.

Было, куда уехать, точнее, сбежать.

В доме было стыло. Дом периодически протапливала соседка, но, видно, давно этого не делала, и поэтому пахло пылью и застоявшемся воздухом.

Первое, что сделала Анна, зайдя в дом, это открыла окна, вытряхнула половики и затопила печь.

К вечеру дом ожил, затрещал половицами, вздохнул теплом. Она заварила чай из трав, которые нашла в кухонном шкафу. Должно быть, их ещё тетка собирала, и впервые за последние месяцы почувствовала что-то, похожее на покой.

Тишина, после городского шума, давила, но Анна решила, что она привыкнет. Ведь живут же здесь люди, и бизнес ведут, и детей рожают. Что она, хуже, что ли?

В деревне, кстати, и дома появились новые, добротные, и улицы были заасфальтированы.

Вся неделя пролетела в хлопотах. В городе таких забот не было.

Анна приводила в порядок огород, разбирала вещи в шкафах, ходила в местный магазин за продуктами, готовила на печи, как когда-то делала это тётка.

Сама удивилась, что вспомнилось всё быстро.

Соседи смотрели с любопытством, вежливо здоровались, но в душу с разговорами не лезли. Вот она — деревенская вежливость. Только старая Степановна, живущая через дом, и дружившая когда-то с её теткой, пару раз заходила с пирогами и расспросами.

— Надолго приехала? — выспрашивала она, хитро щурясь.

— На месяц, может, больше, — уклончиво отвечала Анна.

— Одной-то не страшно? Это мы, деревенские, привыкшие, а вы-то городские! Мало ли чего. Лес рядом…

— Не страшно, — врала Анна, а на самом деле по ночам каждый шорох заставлял её вздрагивать.

Город приучил к другим страхам — там боялись грабителей и маньяков, здесь же пугало само пространство, тишина, и безлюдность.

Наконец, в один из дней, разобравшись с нехитрыми делами, Анна решила прогуляться в лес. Грибы собирать было ещё рано, но воздух там должен быть целебный, сосны, тишина...