Книга Резиновая Зина, страница 81 – Таша Лев

Вечером мне принесли ужин, на этот раз без излишеств, видимо, решили не превращать меня в воздушный шар. А я лежала на койке, глядя в потолок, и думала о том, как причудливо складывается жизнь. Кто бы мог подумать, что я окажусь в тюрьме другого мира, буду доказывать свою невиновность с помощью резиновой вагины и ждать суда, который определит мою дальнейшую судьбу.

'Ну что ж, — подумала я, — по крайней мере, скучно не будет.

Всю ночь я толком не спала, вертелась с одного бока на другой и не могла найти удобное положение. Волнение перед предстоящим судом передалось и малышке. Она решила устроить мне персональный чемпионат мира по футболу, используя мои внутренние органы в качестве тренировочного поля. Особенно ей нравилось атаковать мою печень в три часа ночи, когда я мечтала о бутерброде с колбасой.

Тем не менее, несмотря на некоторые неудобства, беременность на удивление протекала легко. Возможно, дело в магии этого мира или в самом ребенке, не знаю. Главное, что мой организм не сильно страдал.

К моменту, когда за мной наконец-то пришли, я вся извелась и была злая как черт.

Утро встретило меня тусклым светом из окна и противным скрежетом ключа в замке. Я подскочила с кровати, словно пружина, хотя живот уже изрядно мешал делать резкие движения.

— Госпожа Зина, пора на судебное заседание, — пробасил охранник, даже не пытаясь скрыть свое любопытство.

«Госпожа», — фыркнула я про себя. Разве госпожу можно держать взаперти⁈

В коридоре нас уже ждали. Эмиль с братьями выстроились в ряд, как на параде. Их лица выражали смесь тревоги и решительности. Агата с сыновьями стояла чуть в стороне, скрестив руки на груди и сверля меня взглядом.

— Готова? — тихо спросил Эмиль, коснувшись моей руки.

— Как никогда, — усмехнулась я, хотя внутри все дрожало. От вчерашней смелости и оптимизма не осталось и следа.

Зал суда оказался огромным помещением с высоченным потолком и галереей для зрителей. В первом ряду уже сидели представители всех заинтересованных сторон: демоны, люди и даже альфы. У каждого было свое мнение на счет того, кому я должна принадлежать.

«Принадлежать», — мысленно передернулась я. Как будто я вещь, а не человек!

Судья, та самая женщина, что приходила ко мне в первый день заключения. Так вот оно что! Значит, она приносила еду только для того, чтобы поближе рассмотреть меня!

— Слушается дело о семейном праве на обладание жены, — провозгласила она, и ее голос эхом отразился от стен.

— Стоп-стоп-стоп! — взвизгнула я. — Я не «обладание», я — личность! С правами, свободами и, между прочим, беременностью!

По залу прокатился шепоток. Даже судья на мгновение потеряла свою невозмутимость.

Прокурор, тот самый старик, похожий на сухофрукт, что допрашивал меня, начал зачитывать обвинительную речь.

Он перечислял все мои «прегрешения»: связь с представителями разных рас, сделав акцент на змеев-изгоев, отказ от обязательств перед кланом «длинных хвостов», использование «запрещенных предметов», тут он многозначительно посмотрел на мою сумку, лежавшую на столике для улик.

— Ваша честь, — поднялся Эмиль, — позвольте возразить и представить доказательства невиновности моей супруги.

Он достал из сумки злополучную вагину и положил ее на стол перед судьей. Зал ахнул.