Книга Я тебя съем, страница 66 – Лана Морриган

— Что он со мной сделал? – Я всматриваюсь в отражение оконного стекла.

— Да затрахал до истощения. Одни глаза остались и губы, – эмоционально поясняет Аня.

— Это все зависть, Алин, – хихикает Саша. – Они опять с Владом разругались, – выдает причину плохого настроения сестры и тут же получает несильный тычок в плечо. – Ай, больно же. Влада своего бей.

— Договоришься, – шипит Аня, зло сощурив глаза. – Так, где парень-мечта, как он посмел сегодня оставить тебя одну? Саш, это какая по счету встреча с Сорокиной за последние три недели? –  игнорирует мои недовольный взгляд.

Подруга поднимает голову, прикладывает пальцы к подбородку, раздумывая, и уверенно отвечает:

— Первая, – звонко хохочет, поглаживая на коленях проснувшуюся Булочку.

— Девочки, простите, но, честно, не получалось. Так долго шел ремонт, рабочие словно издевались. Сломали замок, доломали раму, и пришлось ждать изготовления нового балконного блока, а когда демонтировали старое окно, испортили диван. Вся обивка в клочья, будто огромный кот точил об него свои когти.

— Не врет. Захочешь – такое не придумаешь. – Аня стирает проступившие от смеха слезы.

— Мне приходилось ночевать у Ника. – Я отчаянно старалась выдержать заинтересованные взгляды подруг и не раскраснеться.

— Прямо приходилось? – подтрунивает Аня.

— Мучилась, бедняжка, – поддерживает сестру Саня. – Оставаться на ночь у горячего красавчика – великий труд, – назидательно вскидывает указательный палец. – Тебе ли об это не знать.

Я не сдерживаю рвущегося наружу смеха.

— Прекратите. – Прикрываю ладонями пылающие щеки.

— Мы радуемся за тебя. Ты еще никогда не была такой живой, как сейчас. Хохочешь, не дергаешься при каждом звуке и не вспоминаешь о работе. Вон, – пальчики с темным маникюром подхватили тонкую ткань моего платья, – прогресс! Красивое декольте, длина юбочки – до колена. Сорокина, у тебя что, и грудь выросла? Почему одним все, а другим ничего? Как так?  – не унимается Аня.

Я недоверчиво заглядываю в вырез своего платья.

— У меня всегда была такая грудь. – И под сдавленные смешки проверяю ее наощупь.

— Знаешь, – Комарова-старшая подпрыгнула на стуле и громко взвизгнула, – грудь у женщин просто так не округляется.  Ты беременна?!

Предположение вызывает у меня смех.

— Я пью противозачаточные, – отвечаю я уверенно, но вдоль позвоночника предательски спускается холодок. Замолкаю, загибаю пальцы, высчитывая дни.

— Алька, у тебя что, задержка? – Аня накрывает мою ладонь с двумя загнутыми пальцами своей.

В кухне повисает тишина, ответа ждет даже Булочка, чуть наклонив мохнатую мордочку.

— День или два, – произношу я.

— Это ерунда, – успокаивает Саша.

— Нет, не ерунда, – ей возражает старшая сестра. – Если Аля на противозачаточных, то там все точно, как в аптеке. День в день.  А ты, вообще, как себя чувствуешь?

— Я? Нормально. Как обычно… – Мои руки вновь ощупывают грудь и спускаются к животу.

— Ну? – От нетерпения Саша закусывает нижнюю губу.

— Нормально все. Да и вероятность забеременеть, принимая противозачаточные таблетки, меньше одного процента. Крохотный риск, – с последними словами я уже не так уверенна в том, что говорю, и утверждение превращается в вопрос.

— А что мы сидим? – Комарова-старшая первая вскакивает на ноги, пугая резкими движениями собаку. – Нужно в аптеку. Еще нет девяти. – Я следую за сестрами. – Успеем. Если что, в трех кварталах круглосуточная. – Останавливается у входной двери, поспешно надевая пальто. – Надеюсь, вы с красавчиком не расстались? – интересуется полушёпотом, пристально глядя мне в глаза.