Книга Сердце дракона. Путешествие, страница 84 – Амабиле Джусти

— Чего тебе, нищая? — спросил он.

— Как вы можете обижать женщину и ребёнка? Она сказала, что денег у неё нет, оставьте несчастную в покое! — Говоря с таким жаром, Гея поняла, что не боится. Она чувствовала себя сильной, сильной своей человечностью, сильной осознанием того, что она не трус, и готова отдать жизнь за идею, за принцип, за чувство.

Мужчина, кто собирался затоптать ребёнка, над которым мать, защищая, теперь раскинула всё своё тело, прервал своё ужасное намерение и подошёл к Гее. Он схватил девушку за руку и так сильно тряхнул, что у неё сполз капюшон.

Изящное личико с юными, женственными чертами и быстро отрастающими светлыми локонами, обрамляющими лицо, распустилось, словно цветок, прорастающий из колючего растения.

— Только посмотрите, кто тут у нас, — сказал мужчина непристойным тоном. — Думаю, мы нашли способ повеселиться, — громко продолжил он, поворачиваясь к своим спутникам, которые в унисон грубо рассмеялись. — Думаю, твоя киска свежая и чистая. — Хотя говоривший не выглядел таким высоким, как Аргон, он определённо был выше и сильнее, чем Гея. Резко дёрнув, мужчина сорвал с неё плащ и оглядел с головы до ног взглядом, полным грязных обещаний. — Молодые титьки, упругие бёдра. Это будет лучший секс в моей жизни.

Прежде чем Гея успела что-либо сообразить, он бросил её на землю. Женщина рядом кричала. Ребёнок плакал как ягнёнок. Остальные трое мужчин смеялись не переставая, словно ожидая своей очереди, чтобы изнасиловать.

Гея, лежала на земле перед мужчиной, который поспешно расстёгивал брюки; она боялась, что настал её последний час, самый ужасный. Смерть не самое худшее. Худшим будет умереть вот так.

И тут, под вытянутыми ладонями, пока пыталась за что-нибудь ухватиться, Гея почувствовала шероховатость земли.

«Земля.

Моя земля.

Мой мир.

То, для чего я родилась».

Именно тогда руки Геи стали ярко-золотыми, как золото, кипящее в тигле, а из земли что-

то поднялось. Росток, быстрый, стремительный, устремился мгновенно, как дикий бег Асвады, когда Аргон позволял ей свободно скакать по открытым пространствам перед ночным отдыхом. Росток превратился в куст ежевики, полный смертоносных шипов.

Длинные, похожие на верёвки ветви обвились вокруг ног мужчины. Он не сразу понял, что происходит, начал брыкаться, пытаясь оторвать ветви, которые с каждой секундой становились длиннее. Безрезультатно. Растение продолжало расти, достигая его груди, рук, горла. Кожа мгновенно посинела. Он даже не успел закричать. Кровь хлынула из его глаз густыми чёрными струями, и он упал, мгновенно умирая.

Трое других мужчин быстро отступили. Они выглядели ошеломлёнными.

— Что за чертовщина... — пробормотал один, не договорив.

Другой воскликнул, в его голосе слышался ужас:

— Она Мать, проклятье! Она Мать! Мы должны были догадаться по цвету её глаз! Её ищут! Мы должны всё сжечь, прежде чем появятся венаторы, или, что ещё хуже, Патронус с драконами!

Гея поднялась на ноги и подошла к женщине и ребёнку. Она увидела мужчину, размахивающего факелом и что-то ищущего в кармане, возможно, огниво.

В этот момент раздался голос, похожий на раскат грома, а земля задрожала, словно сотрясаемая внезапным землетрясением.

— Эй, мерзавцы, вам нужен огонь?

Аргон двинулся вперёд, с убийственным выражением лица; таким его Гея никогда прежде не видела. Он держал меч, который обычно носил в ножнах на поясе. Рядом с ним рычала Асвада, обнажив свои волчьи зубы.