Книга Целительница после развода с драконом, страница 25 – Аликс Гифт

Встаю из-за стола и, возвышаясь над всеми, произношу:

— И ещё. Прошу никому обо мне не рассказывать. Вашу дочь долечу, но больше мы не хотим отвлекаться от нашего пути.

Кивают.

Я, конечно, совершаю ошибку, задерживаясь на землях бывшего мужа. Но здесь такая ситуация, мимо которой невозможно пройти.

* * *

Ночь выдается непростой. Меня то и дело подташнивает, а во рту чувствуется неприятный привкус. Похоже, отрава все-таки успела зайти в организм.

Поэтому утром твердо говорю себе — больше никакого героического самопожертвования.

В медицину зачастую идёт самая идейная молодежь. С горящими глазами. Они не щадят себя. И слишком близко принимают историю каждого пациента.

Но когда за плечами десятки лет стажа, то выводишь одну циничную истину. Себя надо беречь.

Если выгоришь, то твоим же пациентам будет хуже.

Отдохнувший и здоровый врач приносит обществу гораздо больше пользы, чем тот, кто сам еле передвигает ноги и работает на автомате.

Девочке точно не станет легче, если я грохнусь в обморок рядом с ее кроватью. Или выжгу свой резерв и больше не смогу помочь ни ей, ни другим людям.

Наконец, мне становится получше, и я даже умудряюсь выспаться.

* * *

Следующий день начинается на удивление спокойно.

Утром хозяева встречают нас как самых дорогих гостей. Подают простой деревенский, но свежий и вкусный завтрак. Наша с Толли одежда и обувь оказывается вычищена и приведена в порядок.

После еды первым делом иду к девочке. Она в родительской комнате.

Сажусь на край кровати, призывая золотистые нити дара. Действую аккуратно, экономно, вытягиваю яд маленькими порциями и тщательно дозирую свои силы. Убираю токсины из почек, немного облегчаю работу печени, но глубоко в костную ткань пока не лезу, резерв нужно беречь.

После бросаю короткие диагностические щупы на плотника и его жену.

Как я и думала!

Внутри у обоих точно такая же темная, липкая взвесь. У женщины выражено в меньшей степени. Видимо, она меньше времени была в мастерской.

Взрослые не слегли только потому, что их вес больше, а здоровье крепче. До критической дозы они пока еще не дотянули, но если бы подышали этим составом еще пару месяцев…

— Вам обоим тоже необходимо лечение, — замечаю я.

Плотник виновато втягивает голову в плечи.

Затем я иду осмотреть его мастерскую.

На улице замечаю, что наша телега уже стоит на добротных крепких колесах. А полозья заботливо скручены бечёвкой и уложены сверху.

Ого, он успел отремонтировать!

Предлагаю те самые пять серебряных, но плотник шарахается от них.

— Нет, нет, госпожа, — испуганно отказывается он. — Вы столько сделали для нас. И так денег почти не берете. Даже целитель из города, просто посмотрел, сказал, что это магическая болезнь, и он такое не лечит. И взял больше вас. Так что никакой оплаты за колеса не надо.

Пожимаю плечами. Ладно, как хочет.

В конце концов, у меня тоже есть ребенок, которого надо одевать и кормить. А в перспективе ещё и учить. Толли.

В мастерской методично обхожу ряды полок и сую нос во все подозрительные банки. К счастью, больше нигде отравы не чую.

Только в той пропитке.

— Вы кому-то ещё продавали вещи, обработанные эти средством?

— Только старосте в деревне, — мямлит мужик. — И в городе кое-кому.

— Значит, сегодня же идете к покупателям и предупреждаете, — отрезаю я.