Книга Пышка для Шрама. Украду и не верну, страница 32 – Саня Сладкая

Люди перед Новым годом сошли с ума. Носятся по улицам, чуть ли не высунув язык: у каждого второго прохожего — пакеты с продуктами и елочные украшения. Все готовятся к празднику и задвигают проблемы на задний план в надежде, что они решатся сами, примерно в первых числах января. Обычно, я всегда подхватываю «новогоднюю волну» и уже за месяц начинаю составлять меню и думать о подарках. Правда, дарить мне их некому, но я с удовольствием покупаю милые сувенирчики самой себе. Сейчас — все иначе, и у меня есть дела поважнее, чем подарки к Новому году.

Набираю в грудь побольше воздуха, и проверяю, на месте ли сумочка: там лежат деньги, которые мне выделил Ян и банковские карты. Если честно, то я ни на что не надеюсь, и вспомнила про дачу совершенно случайно.

Я словно вернулась в детство: как и много лет назад, сижу в пыльном автобусе и смотрю в окно на заснеженные деревья и поля.

Когда-то, мы часто ездили с мамой в летний домик, и проводили на природе каждое лето. А потом она заболела, и отец сказал, что ездить в «загнивающее», бесполезное село — пустая трата времени и сил. Он много раз порывался продать дом, но, каким-то чудом, мама уговорила этого не делать. А потом началась взрослая жизнь, и я забыла про деревенскую романтику, с головой ушла в учебу и работу. Все стало другим.

Жалею ли я об этом? Наверное, да. В нашей семье наступили тяжелые времена, — я не заметила, как мама стала чахнуть, а отец все реже появлялся дома. В тот период я пережила свою первую любовную драму и рыдала в подушку от неразделенной любви. Дача больше не казалась моим спасением, и я хотела проводить в городе как можно больше времени, чтобы отвлечься от проблем.

Я хотела общаться и ходить на вечеринки. Хотела знакомиться с парнями и жить самостоятельно. Но, этого мне тоже не дали. После неудачных отношений, которые, по сути, были только в виртуальной переписке, я решила, что больше никогда не доверюсь ни одному мужчине.

Сейчас, я понимаю, что это было очень глупо. После первой личной неудачи, я добровольно спряталась в своем комфортном, спокойном мирке и даже не стала возражать отцу, когда он сказал, что мне нужно находиться дома и ухаживать за матерью, пока он занят. А занят он был круглые сутки.

На самом деле, он не заботился обо мне и не старался уберечь от «жестокой реальности». Он запер меня дома, потому что так было удобно всем. И мне в том числе.

Именно поэтому, я сейчас такая мягкотелая и неуверенная в себе. Хотя…

Вспоминаю, как выстрелила в белобрысого и содрогаюсь. Если я смогла совершить подобный поступок, то не такая уж я и мягкотелая. После той ночи мне пришлось пережить настоящий ад. Ад, который не забыть никогда.

Самое простое было — найти съемное жилье на окраине. А самое сложное — привезти туда Яна, и сделать так, чтобы это никто не заметил. Несколько недель я не выходила из квартиры: заказывала продукты и лекарства на дом. Мне пришлось перекрасить волосы в черный цвет и вставить линзы темно-карего цвета.

Я боюсь каждого случайного взгляда на улице и даже сейчас нервничаю и стараюсь не смотреть лишний раз на людей. Прошло несколько недель после нападения и перестрелки, но, я до сих пор не знаю, нашли ли тех отморозков.

Ян сказал, что мне не нужно об этом думать, и что он с этим разберется, как только встанет на ноги. Ему повезло, что удар получился смазанным и не задел жизненно важные органы.