Книга Мой итальянец!, страница 8 – Яна Шелдон

Она никогда не осуждала эту её смелость и капризы, напротив — ей порой хотелось перенять хотя бы часть этой уверенности, этого умения жить без оглядки. Но при всей разности характеров, она искренне любила Марго — именно за её открытость, за умение раскрасить даже самый серый день, за то, что рядом с ней всегда было шумно, живо и весело.

Иногда Женя думала, что именно такой должна была быть её сестра, если бы она у неё была: немного избалованной, немного упрямой, но всегда готовой увлечь за собой.

Она слушала подругу, но в мыслях снова и снова возвращалась к Паоло. Его глаза, его голос, его обещание ждать.

И потому рядом с подругой, смелой и дерзкой Маргаритой, Женя часто чувствовала себя неопытной девочкой, хотя внешне ничто её не выдавало.

Маргарита, смеясь и болтая без умолку, уже не могла держаться прямо, как довольный ребёнок, положила голову Жене на плечо и что-то напевала вполголоса, блаженно щурясь на золотое солнце, которое клонилось к закату.

Женя, сдерживая вздох, крепче обняла подругу за талию и повела её по узким улочкам к отелю. Маргарита была слишком лёгкой и беззаботной, а вместе с тем — такой беспомощной. Оставить её одну в таком состоянии было невозможно.

Телефон в сумке дрогнул от входящего звонка. Сердце Жени тревожно екнуло: на экране высветилось имя Паоло. Ей вдруг стало душно — от мысли, что вот сейчас, если она возьмёт трубку, всё может измениться слишком быстро. Слишком неожиданно.

Она позволила звонку оборваться, и в груди кольнула странная смесь облегчения и разочарования.

«Сейчас не время», — сказала она себе.

Но в глубине души Женя понимала: дело было не только в Маргарите. Её саму страшило, с какой скоростью события закрутились вокруг Паоло. Она боялась шагнуть навстречу тому, что могло стать чем-то настоящим. Жене было двадцать пять. В её жизни случались ухаживания, свидания, прогулки под луной и даже роман с одногруппником Колей, неловкие признания, пара попыток перейти к близости и как итог ее парень спустя год изменил ей с девчонкой из параллельной группы. С тех пор Женя разочаровалась в любви. Так она считала. Что все это ей не интересно. Она умела видеть красоту в словах, в цветах, в закатах, но мужчины, встречавшиеся ей, редко видели её саму — ту нежную и ранимую душу, что пряталась за скромной улыбкой. Боялась потерять контроль, как когда-то потеряла уверенность в собственных чувствах.

Женя уложила Маргариту в кровать, сняла с неё босоножки, прикрыла лёгким покрывалом. Подруга блаженно улыбалась во сне, будто весь мир был у её ног. А Женя сидела рядом и чувствовала себя странно чужой этой беспечности.

Она погасила свет и, оставшись в темноте, всё ещё слышала в ушах невысказанное «алло» Паоло, которое так и не сорвалось с её губ.

А где-то там, всего в нескольких кварталах отсюда, мужчина действительно сидел в маленьком кафе, не сводя взгляда с входной двери.

И ждал.

Ждал весь вечер.

Всю ночь Женя ворочалась в постели, ей снились тёмные глаза Паоло, его голос, низкий и глубокий, словно музыка, что отзывается в самой груди. Она закрыла глаза — и будто оказалась рядом с ним. В полутьме сна его высокий силуэт вырисовывался так ясно, что казалось, стоит лишь протянуть руку — и коснёшься. Паоло шагнул ближе, и Женя почувствовала, как от него исходит тепло, будто от раскалённого камня на площади в летний день.