Книга Вниз, к звёздам. Том I, страница 265 – Нюта Либра

— Нет, – покачала головой девушка, – я не могу сказать.

Быстро вскочив на ноги, она убежала наверх и бросилась на постель, больше не сдерживая всхлипы, раздирающие душу в клочья. Логан не решился подняться следом. Лишь грохот входной двери возвестил о его скоропостижном уходе. Возможно, судьба предоставила Ане идеальный шанс подвести двухлетние отношения к финальной черте. Наградить тем, к чему она стремилась последние месяцы, последовавшие за сорванной свадьбой. Но если в смелости Логана она всего лишь сомневалась, то в своей трусости была уверена.

Парень провёл ночь вне дома и не появился следующим днём. Аня попросила Эмму связаться с ним и узнать, как у него дела. Подруга выполнила просьбу девушки и передала его сообщение:

— Сказал: если хочет узнать, как у меня дела, пусть спросит сама.

— Ясно, спасибо.

— Энн, что у вас происходит?

— Ничего.

— Ты рассказала ему о ребёнке, а он не хочет становиться отцом?

— Нет.

— Тогда в чём дело?

— Ни в чём! – вспылила Аня, – Оставь меня в покое. Оставьте меня все в покое! Я хочу умереть! Я хочу уснуть и больше никогда не просыпаться!

Эмма собиралась обнять и утешить девушку, но она умело увернулась и выскочила за дверь.

Аня бесцельно бродила по Лос-Анджелесу, не зная, как поступить. Не имея ни одной идеи о том, как избавить и себя, и Логана от той боли, что приносил им каждый новый день. Может, смерть и впрямь решение всех проблем? Или стоит закрыть глаза навеки и не видеть страдающими ни других, ни саму себя? Никто ведь не станет оплакивать её смерть. Разве что мама. Это разобьёт ей сердце. Но Людмила Михайловна справится. Нет, она просто обязана преодолеть горечь потери. А Аня не выкарабкается, если выживет. Да у неё и не осталось желания жить. Муки совести и настырные мысли, жадными пираньями вгрызавшиеся в корку, довели её до состояния, когда уже всё равно, что будет с тобой. Только бы поскорее достичь избавления.

Ноги привели Аню к так называемой Калифорнийской Венеции, где спокойно шумели воды пяти искусственно вырытых каналов, окружённых несказанной дороговизной и престижем. По обеим сторонам берега вырастали двухэтажные виллы, коттеджи и мини-дворцы с незашторенными окнами, а бесконечные арочные мостики, укутанные лианами пёстрых цветов, которые создавали атмосферу романтизма, и переходы были оккупированы назойливыми утками. И это несмотря на то, что для них специально выделили угол, куда воспрещалось подходить людям. На безмятежных волнах вальяжно покачивались обычные лодки и настоящие итальянские гондолы в ожидании ленивых путников. Несомненно, всё это отличалось от напыщенности старушки-Европы, с которой довелось познакомиться Ане за пару туристических визитов.

Девушка без тени сомнений и колебаний перелезла через бортик моста, прижавшись к его перилам спиной. Сооружение, возведённое над каналом, располагалось не так уж высоко над водной гладью, поэтому Аня смотрела вниз, не ощущая привычного страха. Только решимость идти до конца и попрощаться с терзаниями.

Среди кустов клипарта мелькнула собачья голова, и послышался тревожный возглас. Девушка обернулась на звук и увидела Лютика. Наверное, пёс шёл за ней от самого дома. Но почему? Неужели между ним и хозяйкой возникла настолько тесная связь, что леонбергер, почуяв неладное, проследовал за Аней, стараясь таким образом уберечь её от беды?