Книга Все на своих местах, страница 35 – Дана Андерс

Последние сообщения были в начале декабря две тысячи восьмого. Я помнила их. Это была обычная пошлая переписка. Я писала, как сильно хочу его. Он писал, что будет со мной делать, когда мы увидимся. Вроде это было совсем недавно, всего неделю назад, но перечитывать все это было почему-то стыдно и неловко. Особенно, если посмотреть на его новую фотку. Чат был заблокирован, я не могла отправить ему сообщение. Я нашла «черный список», Димы в нем не было. Значит, это все-таки он меня заблокировал. Но что я могла такого сделать?

Последняя надежда — это мои дневники. Я начала читать записи за последний год, но меня хватило только на несколько первых страниц. Это были скучные однообразные описания будней. Я много писала о работе, много размышляла о том, как получить повышение, как заработать больше денег. Еще было много записей о Мише, о тайных встречах с ним. Было много о Женьке, но эти записи меня расстроили. С Женькой мы дружим с раннего детства, наши родители тоже дружат. Она мне как сестра! Но то, что я пишу о ней, мне совсем не нравится. Я пишу, что Женя часто говорит неприятные вещи и обижает меня, а я молчу и не могу ей ничего ответить, потому что не хочу ссориться и очень боюсь ее потерять. Такого раньше не было. Что изменилось за эти десять лет?

О Вике я тоже писала. У нее все было хорошо, она всегда с кем-то встречалась. Сейчас она редко гадала на картах, но увлеклась астрологией, и кажется, сильно зафанатела от группы «Мумий Тролль». Не вижу в этом ничего ужасного, но если нам почти по тридцать лет — это уже немного странно.

Возможно, дневники за прошлые семь лет будут более интересными. Я нажала на файл «Дневник 2017». Ноутбук думал несколько секунд, после чего появилось системное сообщение «Файл поврежден и нечитаем». То же самое было с остальными дневниками. Файлы не открывались. Я не смогла узнать ничего нового о своем будущем, как ни пыталась. Среди файлов с дневниками был еще один. Он назывался «Список моих достижений на работе». Я нажала на него, и он тут же открылся. Это было и смешно, и обидно.

Мне позвонила Вика, чтобы узнать, как у меня дела. Я пожаловалась ей на ноутбук и поврежденные файлы.

— Все правильно, — спокойно сказала она. — Если файлы не открываются, значит тебе не нужно читать, что там написано. Не нужно знать эту часть будущего. Оно тебе недоступно сейчас. Лучше обрати внимание на то, что получилось найти.

— То, что я нашла, мне не очень нравится.

— Если ты это нашла, значит тебе это нужно, и ты можешь повлиять на это.

— Ладно, — вздохнула я.

— Как у тебя на работе?

— Работа отстой, но в столовой есть вкусный грибной суп, — ответила я. — И крабовый салат. Обед мое любимое время дня.

Вика рассмеялась.

— Кстати, я послезавтра поеду к родителям. Я немного боюсь. Хочу потом погулять по нашему старому району. И мама еще сказала, что нашла какие-то журналы. Хочет мне их отдать.

— Не бойся, — сказала Вика. — Сейчас у них все хорошо. Но если бы ты попала в прошлый год, то было бы намного сложнее. Самое главное, что твой папа идет на поправку, и ему уже намного лучше.

— Теперь мне еще страшнее.

— Ладно, я молчу. Почитай лучше файлы, которые у тебя открываются.

После разговора с Викой захотелось выпить. Я взяла из холодильника банку клюквенного коктейля, открыла и сделала несколько глотков. Через несколько минут меня заметно повело, я почувствовала себя пьяной. Я открыла файл с достижениями на работе и принялась читать. Файл совсем небольшой. Я постоянно обучала новых сотрудников, писала регламенты, составляла инструкции, делала «базу знаний». Я получила два благодарственных письма, которые посылали родителям в две тысячи пятнадцатом и шестнадцатом годах. Даже изображения прикрепила. Заняла второе место в конкурсе презентаций «Мой отдел лучший». Одна подготовила около половины всего объема документов для налоговой и аудиторской проверки.