Книга Портал к тебе, страница 154 – Александра Никишаева

Первые дни мне было почти физически странно видеть своё имя, напечатанное крупным, уверенным шрифтом на первых полосах. Затем это ощущение сменилось легким недоумением, а потом и вовсе стало привычным. Наверное, именно в этом и заключалось самое главное доказательство того, что война действительно закончилась. Я больше не пряталась от собственного имени. Я перестала его бояться.

В тот вечер Рейнар попросил меня зайти к нему в кабинет. Я шла по коридору, ожидая увидеть на столе очередную пачку документов по проекту, правки в чертежах или, возможно, новое приглашение на заседание Конклава. Но когда я вошла, всё оказалось иначе. На его массивном столе, прямо в центре, лежала толстая папка. Она выглядела чужеродно на фоне его идеального порядка, словно какой-то важный секрет, который он больше не хотел хранить. Я остановилась напротив неё, чувствуя, как внутри пробуждается старое, почти забытое любопытство.

— Что это? — тихо спросила я.

Рейнар посмотрел на меня своим глубоким, непроницаемым взглядом, в котором сейчас читалось что-то, чего я не могла сразу распознать.

— Открой, — коротко ответил он.

Я посмотрела на него с явным подозрением, прищурив глаза.

— Ты сейчас выглядишь слишком спокойно, — заметила я.

— Я всегда выгляжу спокойно, — отозвался он, и в его голосе послышалась привычная сдержанность.

— Именно это меня и беспокоит.

На его губах появилась та самая едва заметная улыбка, которая предвещала либо грандиозную техническую проблему, либо что-то совершенно неожиданное. Я открыла папку. Первые несколько строк, написанные сухим, каллиграфическим шрифтом, ничего мне не сказали — обычный юридический язык, набор терминов и ссылок на статьи закона. Но затем я нахмурилась. Прочитала абзац еще раз. А затем снова. Я медленно подняла глаза на Рейнара.

— Рейнар...

— Да, — спокойно ответил он, не двигаясь с места.

— Это... брачный контракт?

— Да, — подтвердил он, и в этом коротком слове было больше уверенности, чем во всех его предыдущих заявлениях.

Я снова посмотрела на бумаги, чувствуя, как сердце начинает ускорять свой ритм.

— Ты серьезно? Решил предложить мне выйти за тебя... через юристов? — я взглянула на него смесью шока и искреннего недоумения.

— Я решил, что было бы крайне непрофессионально заключать столь важную сделку без надлежащей документации, — произнес он с абсолютно серьезным лицом.

Я замерла на секунду, а затем невольно рассмеялась. Этот смех был легким, почти испуганным, но бесконечно счастливым.

— Ты просто невозможен.

— Это не новость, — ответил он, и в его взгляде наконец-то промелькнула та самая нежность, которую он никогда не облекал в слова.

Я продолжила читать, медленно переворачивая страницы. И чем дальше я продвигалась по тексту, тем меньше понимала, что именно вижу перед собой. Мои патенты оставались моими. Мои лаборатории, все текущие и будущие разработки. Мои доходы, мои авторские права. Всё, что я создам после нашего брака, юридически принадлежало только мне. Это было справедливо, честно и... ожидаемо для Рейнара. Но затем я дошла до раздела, посвященного его собственности. Я замерла. Перечитала один абзац. Затем второй. Потом вернулась к началу страницы и прочитала всё еще раз, надеясь, что это какая-то ошибка юристов.