Книга Отец по ошибке, страница 93 – Лена Рэм

С этими словами она развернулась и пошла к выходу. Высокие каблуки Златы стучали по паркету — громко, резко. Я слышала, как в глубине коридора открылась дверь лифта. Как Злата вошла в кабину. Как дверь закрылась за ней и лифт с тихим шорохом поехал вниз.

Арсений стоял неподвижно и тоже смотрел ей в след. Он не только не двигался, но кажется, что и не дышал. Я смотрела на него и не знала, что сказать. Что сделать. Я чувствовала, как внутри меня что-то рушится. Всё, что я построила за эти месяцы. Всё, что я себе придумала. То, во что я поверила.

— Вера... — прошептал он.

— Я знаю, — едва не плача прошептала я в ответ, останавливая его от таких… ненужных сейчас слов. — Я всё знаю.

И это было правдой. Я знала. Ребёнок, которого я ношу, — не его. Его ребёнок — там. Всё, что я себе придумала о своём счастливом «возможно» с Арсением, — ложь. Он не любил меня. Он любил ребёнка, которого больше не было. И теперь... теперь у него был другой ребёнок. От другой женщины. И, может быть, теперь он уйдёт к ней. Потому что он не сможет иначе. Потому что он... хороший человек и без сомнения прекрасный будущий папа.

Я отпустила его руку. И медленно отошла.

— Вера, — позвал он снова. — Подожди...

— Мне нужно... — я запнулась. — Мне не очень хорошо... Нужно присесть.

Арсений шагнул мне на встречу, желая помочь, но я отмахнулась от его руки и тут же скзала:

— Принеси мою аптечку. Она в тумбочке у кровати. Пожалуйста.

Арсений посмотрел на меня c cекунду, а потом кивнул и ушёл в спальню.

Я же в этот момент не думала дважды. Я просто встала. Тихо, почти на цыпочках, взяла сумочку, которая лежала на тумбе у двери, и вошла в лифт.

Лифт. Лобби. Улица. Ночь. Холод.

Пошла не по дорожке, а через сад. Чтобы если Арсений бросится за мной вдогонку, не успел остановить…

Я не чувствовала ничего. Просто шла. Куда-то. Скорее всего, в никуда.

Такси я поймала на углу. Села. Назвала адрес… знакомый мне адрес гостиницы, где останавливалась мама, когда приезжала ко мне в гости. Таксист посмотрел на меня с сомнением — беременная, ночью, одна, — но ничего не сказал. Просто поехал по адресу.

Всю дорогу я смотрела в окно, но не видела ничего. Только пустоту. И внутри… внутри у меня тоже была пустота.

Вера

Единственным местом, куда я теперь могла податься — был старый дом моей бабушки в небольшой, но вполне ещё живой деревне под Краснодаром. Он достался мне в наследство от неё и как бы Коля не уговаривал меня его продать, я не согласилась.

Там, было слишком много тёплых и родных воспоминаний. В детстве я едва ли не каждое лето проводила с моей бабушкой, Тамарой Сергеевной, и ни одно лето в моей жизни не было таким грустным, как то, когда её не стало и я впервые осталась на этот сезон с мамой.

Я очень-очень любила бабу Тому.

Деревня встретила меня тишиной. Настоящей. Такой, какой не бывает в городе. Только ветер в ветвях, только лай собаки где-то вдалеке, только скрип старых ворот.

Бабушкин дом стоял на краю деревни. Старый, деревянный, с резными наличниками. Я не была здесь много лет. С тех пор, как бабушка умерла. Соседка, тётя Валя, присматривала за ним — за небольшую плату, которую я переводила ей раз в месяц. Она не ждала меня. Но когда увидела — на пороге, с сумкой, ночью — не удивилась. Только всплеснула руками.