Книга Красавица и чудовище, страница 86 – Анна Бигси, Клэр Вирго

— Я… Да… — сердце ушло в пятки. Представив, каким будет счет в этой клинике, Лиза нервно сглотнула.

— Куда же вы? Вот здесь распишитесь.

Она, плохо соображая, поставила свою подпись и даже не пробежалась глазами по документу.

Девушка подняла трубку стационарного телефона, произнесла несколько слов и снова обратилась к ней.

— Ваше такси подъехало, выходите, пожалуйста.

— Но я не заказывала… — робко возразила Краснова, пытаясь понять, что происходит. Она с ужасом ждала, когда медсестра озвучит сумму за все обследования, и уже думала, где достать деньги.

— Ничего не знаю, — девушка достала бланк и показала пометку. — Вот заказ такси до адреса. Ваш?

— Да, но…

— Все заказано и оплачено.

— Спасибо.

Сил на споры не осталось. Лиза быстро попрощалась, вышла из медцентра и удобно устроилась на заднем сидении в теплом салоне такси.

* * *

Снег валил плотной стеной, резко ограничивая обзор. Дорожные службы делали все возможное, но не справлялись с причудами погоды. С раннего утра машины выстроились в многокилометровые пробки и двигались со скоростью черепахи. Образовавшиеся заторы закольцевались, и город просто встал.

Гилберт внимательно следил за движением и аккуратно вел автомобиль в этой белой пелене.

— А я вам говорила, надо было раньше выезжать, — сухо заметила Элис, взглянув на часы, встроенные в приборную панель. — К первому уроку опоздаем.

— Значит, приедем ко второму, — пожал плечами Гилберт, не видя никакой проблемы. — Жень, что у тебя первым уроком?

— Физкультура, — ответил тот и, услышав вибрацию телефона, робко пробормотал: — Мама звонит…

— Так ответь, — посоветовал Алекс и выключил музыку.

— Да, мам.

— Женька, ты где? — взволнованный голос Красновой эхом разнесся по просторному салону автомобиля.

— В школе, а ты?

Жене совершенно не хотелось обманывать мать. У них было главное правило — говорить друг другу только правду, какой бы ужасной она ни оказалась. Лиза воспитывала его так с пеленок, и он неотступно следовал этому правилу. Ровно до того момента, как познакомился с Гилбертом.

— Я уже дома. У тебя все хорошо?

— Все отлично. Не волнуйся, мам.

— Сынок, а где ты ночевал?

— Дома, — чуть помедлив, он все же снова обманул ее.

— Твоя кровать не расправлена со вчерашнего утра… — прозвучал контраргумент, спорить с которым было бессмысленно, и Жене ничего больше не оставалось, кроме как рассказать правду.

— Я ночевал у друга.

— Жень, ну что происходит? Почему ты мне опять врешь? — паника и отчаяние легко читались в каждом слове. Без всяких сомнений, Краснова сильно переживала за сына и не понимала, что с ним происходит в последнее время.

Гилберт сильнее сжал руль. Ее тембр задевал потаенные струны его души, заставляя реагировать на каждую интонацию.

— Прости, мам. Я просто не хотел тебя волновать, — на этот раз Женя был предельно честен. Именно тревога за мать не позволила ему вчера набрать ее номер и поведать о случившемся.

— Почему ты не ночевал дома? Папа что-то сделал?

По голосу было ясно, что Лиза едва сдерживала слезы, она боялась даже представить, что мог натворить Макс в ее отсутствие, и ругала себя за то, что оставила ребенка совершенно без защиты.

— Нет, он ни при чем, — твердо возразил мальчик и, почувствовав на себе хмурый взгляд Гилберта, добавил: — Все, я больше не могу говорить.