Книга ( Не ) Новый сосед на мою голову, страница 63 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

— Ты хоть понимаешь, как ты нас напугал? - Яна всхлипывает, но глаз при этом не опускает, и ни единой слезинки там, конечно, нет. - Лиза… я…

Особенно Лиза, которая сейчас под присмотром Люды.

Бывшая жена снова тянется ко мне, касается тыльной стороны ладони. Я одергиваю руку, словно обжегся, и в этот момент что‑то внутри щелкает. Терпение заканчивается.

— Да, - говорю с ледяным спокойствием. - Ты была права.

— В смысле? - Яна растерянно моргает.

— В прямом. Доигрался. Все. Инвалид я теперь, - продолжаю все так же ровно, глядя ей прямо в глаза. - Ходить не буду. Коляска навсегда.

Между нами повисает пауза.

— Что? - она хрипло переспрашивает. - Ты… ты шутишь? Жень, скажи, что ты пошутил. У тебя всегда было плохо с юмором.

Да? Ну ладно.

— Нет. - отрезаю ее от иллюзий. - Будешь за мной ухаживать?

Краска медленно сходит с ее лица, губы бледнеют, приоткрываются. Она делает глоток воздуха, стараясь вернуть себе самообладание.

— Подожди… как инвалид? - голос у нее становится выше. - Это врачи сказали? Уже точно?

Яна говорит быстро, сбивчиво, но я слышу не тревогу за меня. Я слышу, как трещит ее тщательно собранная картина будущего. Не герой‑пожарный. Не надежный бывший. Не удобный отец ребёнка. Что‑то совсем другое. Сломанное. Непредсказуемое.

— Мне надо… - она отступает на шаг. - Прийти в себя. Я приду к тебе позже. Ладно? - разворачивается и пулей вылетает из палаты, не дождавшись ответ.

Сосед по койке смеётся, и я подхватываю. Выходит, слегка с надрывом, но зато все ещё больше очевидно. Мое решение было правильным.

— И что, - спрашивает Шурик, - придет?

— Ты сам-то как думаешь?

И мы снова смеемся. Не плакать же, в самом деле. Все честно. Все прозрачно.

После обеда движений по коридору становится больше. Гулкие голоса, вопросы, смех или волнение близких. Официальное время посещёний, как-никак. Со мной провели ряд манипуляций, стало легче, я даже смог немного поесть больничного супа. Уже забыл, как это… безвкусно. Люда, похоже успела меня избаловать.

Дверь нашей палаты снова открывается. В этот раз гораздо аккуратнее. И внутрь вихрем влетает мой ребёнок.

— Папа, - кидается к кровати. Взгляд бегает по мне, словно теперь она не только мой личный диетолог, но и маленький доктор.

Обнимает осторожно, сбоку, утыкаясь лбом мне в плечо.

— Папочка, прости меня, - выдыхает Лизка. Голос дрожит, а я так не хочу, чтобы она плакала. - Я так глупо себя вела на отдыхе. Если бы я знала, я бы….

Я осторожно глажу ее по спине.

— Эй, - бормочу, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, - Со мной всё будет хорошо, а ты у меня умница. Упертая, да. Но умница. Я тебя очень люблю, Лизк. Не вешай нос.

Она всхлипывает, вытирает нос и смотрит прямо мне в глаза.

— Я очень испугалась, когда тетя Люда сказала - признается тихо.

— Я могу только представить, как тебе было страшно. Извини за то, что напугал, - большим пальцем стираю слёзы с ее щеки.

— У тебя очень опасная работа, - в ее словах я слышу Яну, только без упрека, с искренним детским волнением.

— Это правда, но кто-то должен ее делать, Лиз. Там тоже люди, дети, старики. Кто им поможет, если не мы, м?

— А если ты погибнешь? - шепчет Лиза.

— А ты в меня верь, и я всегда буду это чувствовать и к тебе возвращаться. Знаешь, как вера близких предает сил на службе? - стараюсь улыбнуться дочери.