Книга Осень со вкусом кофе. Коллекция уютных историй, страница 52 – Софья Ролдугина

Капитан смеялся басом, а в карманах у него гремели ракушки.

«А ведь бабулю тут многие знали, – вспомнила вдруг Ева, притормаживая у чудовищно безвкусной арки входа, украшенной линялыми искусственными венками, удивительно похожими на кладбищенские. – Здоровались с ней, угощали всяким – то орехами, то чурчхелой…»

Ей, маленькой, бабулины разговоры со случайными прохожими и загадочными незнакомцами казались ужасно интересными, но, хоть убей, сейчас она не могла даже приблизительно сказать, о чём именно тогда говорили.

Так или иначе, но на рынок Ева сунулась с любопытством. И поначалу она склонялась к тому, что права именно мама. Тут действительно пованивало, особенно у рыбных рядов, и была страшная толчея. Проход между прилавками оказался слишком узкий, от силы три шага; повсюду царил полумрак – из-за навеса, который в летние месяцы спасал от палящего солнца, а сейчас скрадывал и без того скудный осенний свет… Кто-то на соседней линии ругался на незнакомом языке, кто-то громко болтал по телефону, кто-то азартно торговался, кто-то спорил… От шума почти сразу заболела голова. Работая локтями, кое-как Ева выплыла из переполненных овощных рядов, очутилась на более-менее свободном пятачке и с облегчением выдохнула.

— Опять ты!

Резкий возглас застал её врасплох. Рефлекторно, не успев даже задуматься, она обернулась и рявкнула:

— А? Чё?

И мысленно врезала самой себе по лбу за тупость.

«А если это не мне? Я вообще научусь когда-нибудь молчать?» – пронеслось в голове тоскливое.

Но обращались именно к ней, к Еве.

Молодая, коротко стриженная женщина в длинной болотно-зелёной юбке застыла, широко распахнув глазищи и зажав под мышкой пачку листовок. Сердитой незнакомка, впрочем, не выглядела, скорее тоже сконфуженной.

— Извини, не хотела напугать! – выпалила она. Скосила глаза в сторону, ловко увернулась от башни из ящиков, верней, от мужчины, который их нёс, и продолжила как ни в чём не бывало: – Просто у меня ощущение, что мы знакомы, потому что…

Она осеклась.

Ева скрестила руки на груди и подозрительно сощурилась:

— Потому что?..

— Потому что я видела тебя недавно на улице Кошкиной, – не очень умело соврала она. Перехватила поудобнее листовки, протянула ладонь: – Я Вита.

— Ева.

Рукопожатие вышло неожиданно крепким, почти как у бабули до болезни. А потом Вита без тени сомнения потянула Еву на себя и заявила:

— Ты вовремя появилась, как раз поможешь. У меня одной что-то совсем не получается.

И двинулась куда-то, лавируя в толпе.

— Что не получается?

— Объявления вешать, конечно, – пояснила Вита с таким выражением лица, словно это было нечто само собой разумеющееся. – Понимаешь, я что-то типа волонтёра. Из ливнёвки вытащили котика, помыли, обогрели, накормили, и теперь его надо укотовить. В смысле найти ему хозяев. Его зовут Подлец, он ловко пользуется лотком и оглушительно мурлычет.

Услышав это, Ева немного расслабилась. Всё-таки кошки и любовь к ним – универсальный язык, понятный, наверное, каждому. Ну или почти каждому… К тому же она вспомнила, что уже видела в городе листовки про Подлеца – в том числе в «Маяке», то есть красивый кудрявый бариста эту странную Виту одобрил.

Своеобразный знак качества, как ни крути.

— Понятно. Куда повесить хочешь?

— На доску для объявлений! В конце концов для того она и существует, – подмигнула Вита заговорщически. – Так что никто там не должен его сорвать. А то, знаешь ли, были прецеденты… Только одна проблема: волшебный скотч у меня закончился, придётся клеить на обычный, а он держит не очень. Как-то я не рассчитала.