Книга Осень со вкусом кофе. Коллекция уютных историй, страница 53 – Софья Ролдугина

Она поднырнула под навес между прилавками, куда сама Ева сунуться бы не рискнула никогда, и ловко проскочила целых два ряда, срезав путь. Продавец тыкв и кабачков попытался было заругаться, но Вита послала ему воздушный поцелуй, и ужасный рыночный конфликт угас, толком не разгоревшись. Волей-неволей Ева её зауважала.

«Мне бы так».

— А если купить ещё этот волшебный скотч? – предложила она, следом за Витой протискиваясь между обшарпанными холодильниками. – Или он где-то далеко продаётся?

На пути внезапно возникла целая гора старых ящиков, от которых пахло мандариновыми корками и немножко плесенью; левее был вполне приличный проход между палатками, но Вита уверенно шагнула вправо, отводя рукой жалюзи из мутных пластиковых полос, и срезала дорогу через рыбный павильон.

— Очень далеко, – мрачно подтвердила она. – В Китае. Я заказывала его для мелкого ремонта и всяких интерьерных штук, ну, плинтус подклеить или там картину на стену прилепить. Но он шёл так долго, что наш спонтанный ремонт успел закончиться. Боюсь, если я повторю заказ, то скотч доберётся до нас только к весне… Так что я купила здесь какой-то на замену в хозяйственном магазине. Увы, неудачно… Ну, планирование – не моё. В таких вопросах я слишком полагаюсь на удачу и своё обаяние, а на них, к сожалению, ничего не приклеишь.

Она так это сказала, что Ева прониклась к ней искренней симпатией. А потом вспомнила, что происходило в её собственной жизни последние полгода, и тоже вздохнула:

— У меня примерно так же. Только в долгосрочном планировании я слишком полагаюсь на то, что разверзнется морская бездна и меня унесёт кракен.

Вита хихикнула, а потом резко остановилась, так что Ева едва не налетела на неё, и сказала:

— Ну мы пришли!

Доска объявлений представляла собой декоративную восьмигранную будку, густо обклеенную со всех сторон бумагой. Некоторым объявлениям было, наверное, лет сто, не меньше; бумага выцвела и размочалилась, некоторые листы наполовину отошли и трепыхались на ветру. Так что издали будка, пожалуй, немного напоминала хтоническое чудовище с сотней не то коротких щупалец, не то куцых крылышек.

Вита, впрочем, не испугалась и храбро кинулась к этому монстру, на ходу доставая скотч.

— Ты прижимай листовку, а я буду резать и клеить, – быстро разработала стратегию она. – Вот так, прямо поверх других…

— А ничего, что мы другие объявления закроем? – усомнилась Ева.

— Ничего-ничего! Здесь все так делают, видишь? И вообще, главное – пристроить Подлеца! Благие цели требуют решительных мер!

Листовка и впрямь оказалась та же самая, что в кофейне. А Вита не мелочилась: на каждую грань будки клеила по три-четыре объявления одно за другим так, что получался непрерывный ряд. «Заметнее выходит», – уверенно заявила она. И не ошиблась – листовки было видно даже издалека. Не все, правда, этому радовались.

Один усач, который катил мимо тележку, бросил вскользь:

— Вот девкам делать нечего, лучше б работу нашли.

А пожилая женщина в платке, сгорбленная, как колдунья из сказки, злорадно объявила:

— Зря ты корячишься! Завтра-то рынок всё равно закрыт, никто ничего не увидит. Вон, шторм грядёт! Ахата какая-то! – воздела она кривой палец. Подождала немного; с прискорбием убедилась, что на неё никто не обращает внимания, и добавила: – Дождь польёт, всё смоет. Зря только бумагу перевела! Да и кому это вообще надо? Тьфу!