Книга В сети с мажором, страница 30 – Маша Демина

— Ебучий щенок! — сплевывает он. — Иди сюда. Я тебя разорву!

Они любят попиздеть. Я предпочитаю не трепать языком.

Бросок в мою сторону. Удар в голову, но я пригибаюсь и бью ему прямо в солнечное сплетение, выбивая рычащий вздох.

И мы снова танцуем по арене, сходясь в схватках, пока ублюдок не сносит меня спиной на бетонный пол. Кожа на лопатках лопается от грубого столкновения, а грудная клетка сжимается, сдавливая легкие.

Я рычу сквозь зубы, выходя из неудачного захвата, и, вовремя сгруппировавшись, ухожу в партер, где с животным ревом наношу удары кулаком и коленом в голову.

Рывок, применяю болевой, ограничивая свободу движений, и в удушающий. Пора заканчивать нахуй.

Ублюдок дергается, не желая сдаваться, но я бросаю все силы, чтобы добить его. Я едва перевожу дыхание. Пот заливает глаза. Легкие забиваются тяжелым затхлым воздухом с привкусом железа и крови.

Я чувствую, как его сопротивление угасает, как сжимается горло, из которого вырываются булькающие хрипы, но он не просит меня остановиться.

Его тело все больше и больше обмякает, но я не ослабляю хватку, потому что уебок не просит об этом! А у меня нет права самому заканчивать!

Я рычу сквозь стиснутые зубы, и только эхо выстрела прорывается сквозь гул в ушах, давая команду отпустить.

Адреналин практически выжигает вены.

Отбросив груду мышц в отключке, я поднимаюсь с колен под рев толпы зрителей. Они довольны шоу. А меня тошнит от их рукоплескания. Я бы вырвал всем им глотки.

Сплюнув сгусток крови, вытираю предплечьем пот, смешанный с кровью, с лица и, будто под кайфом, ухожу с арены, не дожидаясь дифирамбов ведущего.

После медицинского осмотра меня, подлатанного, заводят в гостиный барак через вход для осужденных.

Здесь четыре комнаты. Внутри в основном стандартный интерьер: двуспальная кровать, тумбочка, настенное зеркало, стол, пара стульев. В моей есть еще душевая, маленький холодильник и телевизор. Есть общая кухня со всем необходимым и общий санузел.

Во время свиданок выходить из барака запрещено, поэтому мне придется просидеть здесь выделенное время на мой «приз».

Но, игнорируя призывно устроившуюся на кровати девушку, я иду прямиком в душ. Закрываю дверь на щеколду. К компании настроя у меня нет. Вообще я бы свалил сразу, после того как смою с себя пот и кровь, но хочу посвятить это шоу Карине. Ее нужно приземлить. А то она со своей маниакалочкой уже начинает путать берега.

Вода бьет по забитым мышцам, сначала холодная, потом горячая настолько, что я чувствую, как жар проникает в кости, но мне это необходимо. Так хоть немного притупляется боль.

Опершись ладонями о ледяной кафель, свешиваю голову и задыхаюсь клубящимся паром. Он горячий. Влажный. Тяжелый. Постепенно все в комплексе начинает приносить результаты, и мое тело получает порцию расслабления.

И, когда я остаюсь удовлетворен своими ощущениями, а кожа скрипит от чистоты, я бью кулаком по крану.

С минуту еще стою и ловлю горячие капли лицом, пока они не стихают, и только тогда, обернув вокруг бедер полотенце, выхожу из душевой и неспешно возвращаюсь в комнату.

Девушка оживает, присаживаясь на кровати, но на этот раз в ее позе больше настороженности, чем желания возбудить.

Но я продолжаю игнорировать ее присутствие и сажусь за стол. Тут поляна накрыта, все чинно, благородно, тоже как поощрение за хорошо выполненную работу.