Книга Графиня Оболенская. Мосты в будущее, страница 107 – Айлин Лин

Надежда всё чаще ловила себя на том, с каким нетерпением ждёт очередной с ним встречи. Сердилась на себя, уверяла, что её поведение крайне нелепо, и всё равно прислушивалась к голосам со двора.

За прогулкой последовала другая. Потом он впервые взял её за руку.

С Романом она могла говорить о себе. Не о том, куда сегодня отправится молодая госпожа и какое платье следует приготовить, а о том, что любила прежде, о чём скучала, чего хотела. Он слушал, запоминал, возвращался к разговору спустя несколько дней. Надежда успела забыть, как это приятно — быть интересной мужчине.

Когда он впервые поцеловал её, она расплакалась. Страшно было вспомнить, как перепугался тогда Роман, решив, что обидел её. Теперь это воспоминание неизменно вызывало у неё глупую улыбку.

Как-то Рома признался, что дела идут всё хуже. Несколько заказчиков отказались от его услуг, а расходы росли. Надежда сперва просто слушала, потом сама предложила:

— А почему бы тебе не поставлять продукты на завод Александры Николаевны? Рабочих там кормят. Ты же уже снабжаешь её дом на Литейном. Я поговорю с ней, уверена, она мне не откажет.

Роман усомнился, захотят ли с ним разговаривать. Она принялась убеждать. У графини смотрят на качество и цену, а не на то, давно ли человек этим занимается. Нужно только подать предложение, всё толком расписать. Ей было приятно, что она может ему помочь.

За этими мыслями Надежда не заметила, как дошла до нужного дома. Поднимаясь по лестнице, остановилась на площадке, чтобы перевести дыхание и поправить шляпку.

Роман открыл сразу.

— А я уж думал, не придёшь, — улыбнулся он ей.

— Задержалась в лавках.

Он потянулся, чтобы поцеловать её, но Надежда со смехом выставила между ними коробку.

— Погоди. Это тебе.

— Мне?

Мужчина поднял крышку, заглянул внутрь и удивлённо посмотрел на неё.

— Надень, — попросила она.

Роман послушался и повернулся к зеркалу.

— Ну как?

— Хорошо. Только надо бы натянуть пониже.

Она поправила шляпу, разгладила ленту. Роман поймал её руку и поцеловал пальцы.

— Баловать меня вздумала?

— А нельзя?

Он поставил коробку на стул, снял обновку и обнял Надежду.

На этот раз она сама потянулась к нему. Знакомое тепло его рук, губы у виска, тихое «соскучился» — всё это до сих пор казалось подарком судьбы, который она боялась потерять.

— Шляпку помнёшь, — прошептала она.

— Не волнуйся, — рассмеялся он и ловко помог ей вынуть булавки, затем бережно положил её головной убор на тумбу. Надежда всё это время счастливо улыбалась, не веря своему счастью. А когда он снова притянул её к себе, обняла его за шею.

До спальни они добрались не сразу. У самой двери Роман остановился, целуя её так, что она позабыла о времени.

И тут во входную дверь громко постучали.

— Не открывай, — попросила Надя, прижимаясь щекой к его плечу, с трудом переводя дыхание.

Он погладил её по спине, успокаивая. Но стук повторился.

— Сейчас прогоню, — недовольно поморщившись, выдохнул Роман.

Надежда, оставшись возле спальни, принялась быстро поправлять волосы. Щёки горели, в теле бушевало томление и одновременно раздражение на незваного посетителя.

— Пётр Ильич? — услышала она сильно удивлённый голос любовника.

— Добрый день, Роман, позвольте пройти. У меня к вам накопилось столько вопросов… И не стоит их обсуждать на пороге. Лишние слухи вам ни к чему.