Книга Попечительница, страница 112 – Наталья Шнейдер

Андрей рассмеялся мне в губы.

— Не смейся. — Надо бы сделать вид, будто я обиделась, но сделать это абсолютно невозможно, когда с губ срывается стон.

— Даже не думал, — шепнул он, подхватывая меня и усаживая на край стола.

Пальцы коснулись моей шеи, прошлись вдоль выреза платья, и тело отреагировало само. Я запрокинула голову, закрывая глаза. Андрей уже стоял между моих коленей, и губы его неторопливо спускались по моей шее.

Я провела ладонями по его плечам, по груди, нащупала пуговицы. Все же иногда одежда на мужчине существует исключительно для того, чтобы мешать.

Андрей поймал мои запястья. Провел по коже большими пальцами, и у меня перехватило дыхание. Волосы встрепаны, узел на шейном платке сбился, от взгляда меня снова обдало жаром.

— Три года, я помню. Я позабочусь.

Господи, это не память, а компьютер — вспомнить в такой момент. Впрочем, и мой мозг, который только что изображал декоративный наполнитель черепной коробки, вернулся к своим непосредственным обязанностям. Потому что прекрасно понял, как Андрей собирается позаботиться. Способом, используя который, каждая пятая пара беременеет в течение года.

Первая овуляция могла случиться раньше первых месячных, а их у меня еще не было. В какой фазе цикла я сейчас — понятия не имею. Впрочем, высчитывать безопасные дни было еще менее надежно.

Переждать три года было бы весьма разумно, и беременность сейчас была бы очень некстати. Но питаюсь я нормально, проконтролировать свое состояние могу лучше кого бы то ни было в этом времени, и мое тело уже выносило и благополучно родило ребенка — все, что случилось потом, случилось по вполне понятным причинам.

И я заставлю мыть руки даже самого архангела Гавриила, если он вдруг решит спуститься с неба и заняться родовспоможением лично. А Андрей мне в этом поможет.

— Позаботишься, — уточнила я.

— Да.

Я медленно высвободила запястья. По лицу Андрея пробежала тень. Я взялась за его шейный платок.

— Тогда почему ты остановился?

Кажется, он растерялся. Совсем ненадолго, но это мгновение я намеревалась запомнить.

— Чтобы убедиться, — выдохнул он, прежде чем снова поцеловать.

Его ладонь легла мне на затылок, вторая на бедро, он подался ближе, я качнулась навстречу, и вместе со мной качнулся край стола.

Определенно, столик в дамском будуаре был задуман не для того, что мы собрались тут устроить.

— Анна?

— Еще немного, и мы погубим результат твоего административного подвига.

Он рассмеялся и легко подхватил меня на руки. Одной рукой я обняла его за шею, второй все же сумела развязать на нем платок — хоть что-то у меня наконец-то получилось. И когда я коснулась губами кожи в ямке между ключицами, Андрей едва заметно сбился с шага. Поставил меня на ноги рядом с кроватью — зря, колени уже совсем не держали.

Я смотрела на него снизу вверх — встрепанного, с расстегнутым воротом, а он смотрел на меня. Бог знает, что он видел в моих глазах, а у меня под его взглядом все сильней наливался горячей тяжестью низ живота.

К застежкам друг друга мы потянулись одновременно.

Сколько одежды. Сколько абсолютно ненужной сейчас одежды. Но все-таки мне с его пуговицами было справляться удобнее, чем ему — с моими крючками и шнуровками, и добравшись наконец до кожи, я провела по ней ладонями, прижалась губами. Андрей неровно, рвано выдохнул. Я улыбнулась и снова провела ладонями по его груди, чувствуя, как под ними напрягаются мышцы, — и внутри опять все сладко сжалось. Длинный шрам на плече, еще один — на боку. Я коснулась губами кожи рядом, и он снова резко выдохнул. Сгреб в горсть волосы на моем затылке, заставляя запрокинуть голову, впился в губы, свободной рукой пытаясь разобраться с завязками моих нижних юбок поверх корсета. Разумеется, безуспешно — а я тоже не хотела выпускать его из рук. Он все же выпустил мои волосы, завязки поддались, юбка легла к ногам, следом еще одна. С бюском корсета Андрей разобрался быстро и ловко, и я совершенно некстати вспомнила, что в этом мире стоящим любовником считался не только тот, кто умеет раздеть даму, но прежде всего тот, кто потом сумеет ее одеть.