Книга Тени Гонконга, страница 128 – Кристен Лэш

Я трясу его все сильнее и сильнее, но ничего не помогает, и, как и в те моменты, когда я думаю про свою семью, меня переполняет не грусть, а гнев.

— Кто это? – кричу я собравшейся вокруг небольшой толпе. Никто не отвечает. – Кто это сделал?

Я была не права в тот день много лет назад, когда впервые поняла, что влюблена в Макса.

Я думала, что именно тот огонь будет гореть вечно. Но я ошибалась.

Вот что со мной останется.

Мой гнев. Моя боль. Мое уничтожение.

— Мей, – говорит отец девочки. – Макс сказал мне, самое последнее… Сказал, передайте Мей, что фонарь, который она сделала, красивый, даже если он никогда не будет закончен. Даже если что-то никогда не будет закончено… оно все равно того стоило.

Гонконг, сентябрь 1953 года

Теперь в вестибюле Мэйденхэйр-Хаус столпились важного вида мужчины с бледными лицами, но это ничуть не удивляет.

Мей болтается рядом, в тускло освещенном коридоре, и Джейми рядом с ней; ей все больше не по себе.

Удивляет ее Холли.

Похоже, именно Холли впустила их в дом, судя по тому, как она любезничает, закрывая за ними дверь. Приглашает их зайти. Спрашивает, не хочет ли кто есть. Пить? Не шторм ли принес их на ее порог?

Тот детектив, что пришел первым, выходит вперед.

— Холли Чжан? – спрашивает он, и Холли кивает с некоторым кокетством. – Я детектив старший инспектор Райан Ли. Боюсь, здесь имело место происшествие. У нас будут к вам кое-какие вопросы. Но пока что я отведу этих людей вниз в…

— О господи. Это как-то связано с моим пасынком? – интересуется Холли, скрестив руки на груди поверх мятой ночной рубашки. Парик у нее небрежно встрепан и вообще облик симпатичный, но небрежный, как у человека, которого только что вытащили из постели. – Понимаете, ни одному его слову нельзя верить. Очень милый мальчик, – говорит она почти с грустью, – но слишком уж обаятельный, ла^[11]. – Она опять перешла на кантонский диалект. – Джейми, дорогой, во что ты впутался? Побеспокоил занятых людей так рано утром!

Джейми, похоже, слишком потрясен, чтобы ответить, и Мей его не винит.

— Ну же, детектив, сэр, – говорит Холли. – Что он сделал?

— Мы не утверждаем, что кто-то конкретный что-то сделал, – отзывается Райан Ли, бросив быстрый взгляд на встрепанную Холли. – Но, боюсь, в вашем доме убито несколько человек.

— Убито несколько человек! – ахает Холли.

— Четыре.

— Кто? – говорит Холли, и Мей чувствует, как у нее сводит живот. – Кто это был?

Что творит Холли? Почему она себя ведет так, будто не знает, что случилось?

Будто ничего не случилось?

— Жертвы, мэм?

— Убийца!

— Как я уже сказал, пока у нас недостаточно информации. Если вы хотите, можете сейчас пройти с…

— И где эти жертвы? – спрашивает Холли оскорбленно. – С места не тронусь, пока вы мне не скажете, где произошли все эти убийства в моем собственном доме!

Старший инспектор как будто бы принимает ее слова к сведению.

— Господин Накамура заявил, что одно из мест происшествия называется «бальный зал», – говорит он, будто хочет ее проверить.

— Бальный зал? В южном крыле? – У Холли оскорбленный вид. – Не может быть. Я сама только что туда заглядывала, когда услышала людей у двери, чтобы проверить мой… посмотреть, как я выгляжу. Вы же меня с постели подняли. Нет там никаких трупов. Подумать только, трупы! Может, вас сбили с толку зеркала, детектив? В бальном зале все стены зеркальные, – поясняет она вновь прибывшим, которые настороженно переглядываются.