Книга Проклятье Черной Мадонны, страница 27 – Анна Камская, Екатерина Новак

Саша охнула и с укоризной посмотрела на подругу. Та тут же вспомнила, что Паоло просил не разглашать эту тайну, и закрыла рот рукой. Но было поздно: Беатриче, кряхтя и охая, мчалась по лестнице к своей комнате. И буквально через несколько минут сверху раздался ее скрипучий неприятный голос:

— Паоло! Срочно вызывай полицию! Меня обокрали!

Из комнат высыпали другие члены семьи.

— Мама, ты опять что-то потеряла? — спросил Марко, и было понятно, что он ничуть ей не верит.

— Ожерелье моей матери! Твоей бабушки! Я собиралась надеть его на зачитывание завещания! — причитала та. — Его нет! Его украли! Мишель говорит, что это горничная, но я уверена, это та неприятная русская! Она мне сразу не понравилась!

— Что ты имеешь против русских, Беатриче?! — послышалось оскорбленное восклицание Натальи Ринальди.

Мишель, чуть не плача, стояла в коридоре и слушала, как родственники, переругиваясь, спускаются в гостиную. Теперь инцидент с пропажей вещи Паоло точно не останется незамеченным.

— Миша, ну что же ты? — Саша покачала головой. — Он же просил.

— Да я не специально. Она меня напугала, вот я и ляпнула, не подумав.

— А пора бы уже начинать думать!

Из комнаты горничной вышел Паоло. Лицо его было недовольным, а в руках он держал простыню с завернутыми в нее крадеными вещами.

— Вы снова здесь? — упрекнул он девушек, а Мишель перебила:

— Похоже, обчистили не только тебя!

Саша поняла, так Ринальди пытается скрыть свою оплошность.

— Беатриче только что завывала, словно привидение. Говорит, что у нее пропало бабушкино ожерелье. Она так любит хвастаться им перед остальными, — заговаривала зубы Мишель, а сама с любопытством поглядывала на простыню и потягивала один угол на себя. — Ты же помнишь, как она любит доказывать всем, что бабушка ценила ее выше остальных детей. Давай посмотрим, там ли оно, и успокоим тетушку.

— Мишелле! — возмущенно вскрикнул Паоло, но непрочная «упаковка» для краденого раскрылась, и добро посыпалось на пол. Моретти вздрогнул, злобно посмотрел на сестру и быстро присел, чтобы собрать упавшие вещи.

Мишель виновато вжала голову в плечи, однако уселась рядом и стала рассматривать украшения.

— Это что же… Чьи это? — удивленно произнесла Ринальди и подняла глаза на кузена.

— Франчески и матери, конечно, — быстро ответил Паоло, не глядя в ее сторону.

— И это тоже принадлежало одной из них? — недоверчиво прищурилась Мишель, рассматривая первую попавшуюся под руку вещицу.

Ею оказался широкий браслет. Ринальди не понимала, как у Паоло очутилось это дорогое женское украшение. А в том, что оно дорогое и женское, Мишель не сомневалась. Золотой браслет сверкал камушками, которые ни с чем нельзя было перепутать. Девушка легко распознала в них бриллианты, причем немаленькие. Забывшись и не замечая ничего вокруг, Миша попыталась оценить стоимость вещицы. Она казалась поношенной и старинной. Ринальди была уверена, что сейчас такие не в моде. Сплав грубоват и обработка камней не похожа на ту, что она так часто видела в ювелирных магазинах. Он скорее походил на музейный экспонат, чем на нечто, что наденет на себя современная дама. Неизвестно, из какого века эта вещь попала в руки Паоло, но это наводило Мишель на определенные мысли, которые, впрочем, путались и, в то же время, пугали ее.